Оставшаяся троица смотрела ему в след и улыбалась. Даже лицо угрюмого пасечника не покидала улыбка.

Не все дела наказуемы, добрые дела оставляют свой след в душе человека. Обретая душевную гармонию, его все больше и больше устраивала теперешняя жизнь. Монах все меньше чувствовал себя изгоем. Даже вера во Всевышнего обрела другой смысл. Не было того фанатизма, что была раньше. Бывший инквизитор, наконец-то, мог видеть себя со стороны. Он вспоминал монахов-старцев, что жили в согласии с миром. Эти неприхотливые служители церкви, были в тени, но добро они несли большое. Жизнь они принимали такой какая она есть. Выслушивая прихожанина, не порицали за плохие дела, а старались натолкнуть человека на размышления прав ли он. Если есть сомнения, значит будут рассуждения и человек сам поймет свою ошибку. Страшной, в то время именуемый Игор, выбрал другой путь. Он искал не добро в людях, а зло. Его уверенность, что очищает мир от скверны была несокрушима и с этим фанатизмом инквизитор был глух к чужой боли. Теперь, вспоминая все это понимал, насколько он был не прав. Сегодня он призывал народ к пониманию, что все мы разные, он не просто верил, он знал, что это так. Конечно, теперь он знал намного больше, чем когда был инквизитором. Хотя он и сейчас выполнял работу инквизитора, только теперь он мог видеть нечисть. "Странная штука-жизнь", который раз подумал инквизитор.

Так размышляя о смысле жизни Страшной добрался до своего жилища. Дед и ворон уже ждали его.

– Молодец! – поприветствовал его Дед, – сделал доброе дело и для села, и для клана. Тварь, очевиднее всего, сбежала из этого мира, уж больно ты ее напугал. Хотя Карл намерен проверить так ли это.

Уже стемнело, когда Страшной подошел к своим камням. Белый камень засветился и в нем появилось изображения мужчины и женщины, облаченные в светлое одеяния. Ему показалось, что он видел их около калитки пасечника, когда покидал его дом, но уверенности в этом не было. Между ними стоял мальчик, он улыбался и махал ему рукой. "Теперь ты дома», -подумал Страшной. "Берегите своих детей."-мысленно обратился к паре из камня. Был ли наклон головы знаком согласия, не понятно, но то, что они благодарят его теперь за спасение ребенка сомнений, не было. Легкая улыбка коснулась губ инквизитора, он поднял правую руку, согнутую в локте и раскрытой ладонью. Откуда этот жест возник, Страшной не задумывался. Пара повторила его жест, поклонилась ему в пояс и пропала. "Надеюсь героические дела на сегодня закончены,"-уже засыпая подумал монах.

Глава 8

Клара.

Домой возвращался ближе к вечеру. Еще один день ушел без возврата. "Быстро время протекает" – подумал монах. Сколько он уже здесь?.

Сташной уже знал, что если на душе неспокойно, то это не с проста. Он научился предчувствовать неприятности, ибо встречи с гостями по-другому и не назовешь. Вроде и день солнечный, и камни молчат, но тревога к вечеру все усиливалась. Вооружившись, инквизитор вышел на поляну. На воздухе ожидание всегда легче переносится. Солнце уже скрылось, когда монах услышал карканье ворона. Забежав в пещеру, увидел в черном камне группу людей, в темном одеянии, несущих на носилках человека. Изображение было нечеткое, по длинным волосам, спадающим к земле, можно определить, что эта особа женского рода. Камень указал маршрут, куда они направляются. "Далековато будет, могу и не успеть" – подумал монах уже на бегу.