Читаем Уникумы. Игор полностью

Чего тут только не было. Около двери стоял большой сундук, наполненный удивительной тканью и шкурами диковинных зверей и все это сохранилось в идеальном состоянии, никакого тлена. Много вещей совершенно непонятных для монаха и явно не из мира людей. Какие-то небольшие статуэтки диковинных существ, одна из них чем-то схожа человека с рыбой, паук с головой человека, игольчатые существа с демоническими лицами, таких статуэток было несколько и все с разными мордами. Спиральки из черного камня, связанные в узел, геометрические фигуры, непонятно с какого металла, сосуды из которых пить нельзя, так как внизу находилось много отверстий. Тонкие дощечки, сложенные в стопку со странными иероглифами. Манускрипты, свернутые в трубочки, с древними письменами, толстые большие книги, написанные тоже на чужом для Страшного языке. Взгляд инквизитора остановился на камне черного цвета, размером и формой камень не отличался от тех двух, что находились к котомке у монаха. Монах протянул руку и дотронулся до камня. Черный вихрь подхватил парня, закружил и унес в неведомую даль. Страшной оказался в каком-то городе, на базаре, вокруг него проходили хорошо одетые люди, но его никто не замечал. "Я для них невидим"-подумал монах, -"это совершенно другой мир." Люди подходили к лавкам, больше похожие на отдельные помещения только без двери, рассматривали товар, кто-то что-то покупал, кто-то шел дальше. Не было той базарной суеты и шума к какому привык Страшной. Неведомая сила тянула монаха дальше. Теперь он оказался в большом зале. То, что находилось в зале, для него было непонятно, какие-то прозрачные шкафы, длинные столы с непонятными инструментами, непонятные картины с меняющимся изображением. Для него все было непонятно. Посреди зала находился стол, на нем лежал мальчик. Мальчик крепко спал, если он еще был жив. Тело его было деформировано, больше похоже на тело собаки, с хвостом, все покрыто шерстью, но конечности остались как у человека стопы ног и кисти рук оставались человеческими. В зале находилось двое живых людей, один из них был похож на парня, какого по приказу инквизитора сожгли, второй мужчина лет сорока высокий, стройный от него исходила сила, видимо хозяин дома, спорил с тем парнем.

– Тебя предупреждали, что ты не имеешь лицензию на те бесчеловечные опыты, что ты проводишь на людях. Ты приносишь вред этому миру, – видимо продолжал разговор парень.

– Да что вам до этого мира? Они сами себя убьют, ведь спонсируют меня они, а я только удовлетворяю свое любопытство. Это прекрасный биологический материал. Из него можно лепить удивительных существ. Дайте мне еще немного времени, и я уйду, – парировал хозяин дома.

– Нет, у тебя два дня. Ты знаешь, если не удалишься отсюда, я тебя убью. В этом мире тебе от меня не спрятаться. В мой мир не суйся тоже.

И тут, парень в упор посмотрел на Страшного.

– Ты что тут делаешь?

Все закружилось, и монах опять оказался в пещере, он со страхом убрал руку с камня. Пулей вылетел из этого зала в жилое помещение. Тело сотрясала крупная дрожь. Такое перемещение во времени и в пространстве было в диковинку. " Все дело в камне, все дело в камне"-твердил он себе. Судорожно нащупал свои камни, положил на стол, развернул из ткани и прикоснулся к ним руками. Сразу стало легче, волны спокойствия разлились по телу. Его камни несли успокоения. Теперь он мог рассуждать спокойно. Перемещаться в другое время это не его дар, и то слава богу, это помощь камня. Хватит с него и того, что ему подвластно. Парень. Парень был похож на того, кто звал его с собой. Теперь он мертв, значит это прошлое. Во всем городе монаха никто не видел, а парень увидел. Почему? Вопросы начали одолевать, хотелось все-таки немного разобраться в себе. "Да что же я такое?"

– Не парься, впереди еще смешнее жизнь будет!

Все что угодно, но, чтобы услышать человеческий голос, где никого кроме него не может быть, это уже слишком. От неожиданности Игор даже подпрыгнул на месте. Повернув голову в сторону исходящего голоса, увидел старика, того кто был в его келье, прежде чем он покинул ее.

Тогда старик не хотел разговаривать с ним. Тут, надо же, первый заговорил.

– Ты кто? – осипшим голосом спросил монах.

– Твой старый знакомый, – довольный от произведенного эффекта, ответил дед.

– А как тебя зовут? И почему, раньше ты со мной не разговаривал?

– Называй как хочешь, я и сам уже не помню своего имени. А раньше ты и сам не хотел со мной общаться.

Дед сидел на каменном топчане, болтал ногами, и лукавая улыбка озаряла его сморщенное лицо.

– Слушай я поживу с тобой. Места тут много, а я устал слоняться повсюду, – немного подумав, добавил – покоя захотелось. Хотя с тобой, мне кажется жизнь будет веселенькая.

– Да я рад буду. Может ты немного поможешь разобраться во всем.

– Может и помогу, только теперь я спать хочу. Потом поговорим. Пока ты шлялся, я перекусил. Так-что есть не хочу. А ты поешь, – дед повернулся к стенке и уснул.