Читаем Уникумы. Игор полностью

Переночевал Игор у пасечника, тот обещал отвести его утром туда, где его ждут. Жизнь у монаха изменилась в корне, но привычка просыпаться рано и начинать день с молитвы осталась. Это уже уклад жизни. Выйдя из дома, Игор увидел девушку, сидящую на лавочке. Выглядела она не очень хорошо, черные круги вокруг глаз напоминали о ее болезни. Очень худая, невысокого роста, она была еще моложе, чем ему показалось накануне. Поздоровавшись, Игор присел рядом.

– Не прячь лицо под капюшоном, тот кто красив душой всегда прекрасен и обликом, – обратилась девчушка к монаху.

"Ничего то ты про меня не знаешь, и душой я, не красив, и лицо не мое"-подумал Игор, но говорить ничего не стал. Где девчушка нашла эту пакость, что поселилась в ней, он спрашивать не хотел, она сама рассказала.

– Я найденыш, пасечник нашел меня в лесу, когда я еще была совсем маленькая, родители не объявились вот он и оставил меня у себя. Для меня он отец. Родственники нашли меня недавно, они предупредили меня, что на нас идет охота и я должна уйти в свой клан. Там мне ничего не угрожает, но я не могу оставить отца. Я нездешняя, я из другого мира, но пасечник всегда был рядом, он для меня отец.

Игор внимательно посмотрел на девушку. Она ничем не отличалась от людей. Может все что она рассказывала правда, а может детские фантазии. Удивить его уже сложно. Столько произошло за последний период.

Из дома вышел отец девушки в руках у него была корзина, по всей видимости наполненная продуктами.

– Пошли, перекусим там. Отшельник заждался, не дай бог, помрет.

Он махнул рукой и направился в сторону леса.

– Меня зовут Аорри, – торопливо прошептала девушка.

– Мила, иди в дом. Не ходи сегодня никуда. Собаки к дому чужих не подпустят. Поспи дочка, – в словах пасечника звучала большая забота к дочери.

Немного отойдя от дома, монах оглянулся и увидел около калитки две фигуры одетые в светло голубые балахоны, подпоясанные кожаным поясом. Светлые, русые волосы были собраны в пучок. Они ему улыбались. "А ведь, девчонка не соврала"– подумал Игор. Пасечник тоже оглянулся на дом, но ничего необычного не увидел. Стоящие у калитки поклонились и помахали рукой Игору. "Благодарят". Игор тоже поклонился в ответ. Пасечник с удивлением посмотрел на него, но ничего не сказал.

Всю дорогу они молчали. Мужик был не многословен, и Игор ничего спрашивать не хотел. Кто такой отшельник, почему им нужно было к нему идти инквизитора интересовало мало. Слишком много событий за последние дни. Шли они по узкой тропе, она была настолько плохо приметна, что незнающий человек ее бы и не увидел. Пасечник тропу знал, видимо не однажды посещал отшельника.

– Здесь передохнем, немного перекусим и пойдем дальше.

Путники остановились на маленькой опушке. Рядом протекал ручей. Попив из ручья, Игор подсел к импровизированному столу. На белом куске ткани лежал хлеб, лук, варенные яйца и сыр. Есть не хотелось, но отказать в компании трапезничать не хотелось.

– Прими благодарность от меня, – мужик достал из-за пазухи сверток, развернул его и на его мозолистой ладони появился большой, круглый, немного мутноватый белый камень, – я нашел его в этом месте, около ручья. Не знаю, как он появился здесь, всегда тут останавливаюсь, когда иду к отшельнику, раньше не видел, а вот в последний раз нашел. Думаю, тебе он пригодиться. Камень может менять цвета. Наверное, это что-то означает. Дочка говорит, что он будет хорошим подарком для тебя. Странная она у меня, не из мира сего. Она у меня самое дорогое, что есть.

"Не из мира сего… ты даже не представляешь, насколько ты прав."– подумал Игор и поблагодарил пасечника за подарок.

–Отшельник он кто? – все-таки спросил парень.

Спросил, просто чтобы поддерживать разговор. Пора бы уже и поинтересоваться окружающим миром.

– Отшельник здесь живет давно. Отец мой говорил, что его помнил всегда стариком, даже когда сам дитем был. Зла он никому не делает, но и с добром не спешит. Сельчане без нужды стараются к нему не захаживать. У них своя знахарка есть. Да и плату он берет странную.

– Как это? – удивился монах.

Интерес к странному отшельнику по-маленьку начинал просыпаться. Мужик помолчал немного, потом продолжил:

– Поставить на ноги он может хоть кого, хоть скотинку, хоть человека. Плату продуктами тоже берет, но немного, а вот после еще полгода, тот кто обращался, ходить к нему должен. Зачем, никто не говорит. Или, правда не помнят, или боятся рассказывать. Дочка моя Мила, тоже к нему бегала. Говорит он хороший, просто другой. Мила мне сказала, что отшельник меня зовет. Он велел тебя ждать и сразу к нему привести. Ты что-то припозднился, еще и дочка хворобу где-то подцепила. Хоть бы живым его захватить, последнее время он с кровати не слазит. Мила продукты носила. А тут сама заболела.

Пасечник замолчал. Монах больше ничего спрашивать не стал. Молча они дошли до дома отшельника.

– Обычно встречает. Неужели умер? – забеспокоился проводник.

В углу на полатях, укрытый теплым одеялом лежал старик. Слишком древним его назвать было нельзя, но он был стар.