— Позвольте, ваша честь, ведь это демаскирует наше самое мощное оружие, — запротестовал он. — Не лучше ли…

— Не лучше! — отрезала Глория. Она едва сдерживала себя любое ее распоряжение теперь вызывало прения. — На этом этапе мы ничего не теряем. Мы уже фактически воюем против всего космического флота Пятидесяти Солнц. А я приказываю вам сосредоточить все силы против одного-единственного преследующего нас звездолета. Вы обязаны доставить нам его.

Офицер задумался.

— Опасность в том, — сказал он, — что те, кто будут в момент атаки находиться вне сигма-поля, смогут установить его формулу с помощью резонансных приборов на своих звездолетах. Ученым Деллии в таком случае хватит десяти дней, чтобы воспроизвести тот же эффект. А еще через две недели они захлопнут перед нашим носом выход из Большого Магелланова Облака…

— Не паникуйте. Выполняйте команду, — подбодрила она капитана. Но ей самой стало не по себе от нарисованной им картины.

Хотя леди Лаура все так же занималась текущими делами, часть ее сознания не хотела ни на секунду забывать о рискованном приказе, который она отдала. В конце концов, она не выдержала и позвонила астронавигаторам…

V

— Вижу планету, сэр! — доложил вице-адмирал Дрейн.

Он и Мэлтби вот уже третьи сутки находились вдвоем в командном отсеке корабля. Дрейн под предлогом того, что получил секретное указание от правительства, не пускал к себе никого из команды. Все приказы он отдавал в микрофон или с помощью бортовой компьютерной сети.

Мэлтби подошел к пульту и переключил управление кораблем на ручной режим. Наверное, после испытаний “Атмиона” этого никто не делал. Но теперешняя ситуация была совсем особой. Питер должен был войти в контакт с расположенной на поверхности планеты базой, которая взяла бы на себя управление посадкой “Атмиона”. Подобную программу в компьютер корабля, разумеется, никто и никогда не закладывал.

Мэлтби не уставал, хотя шел уже шестидесятый час его бессменной вахты. Наедине с Дрейном, который не выходил из транса, капитану не было нужды притворяться, что он испытывает потребность во сне. Он безошибочно манипулировал кнопками и переключателями, молниеносно решал в уме сложные математические уравнения, без которых нельзя было произвести вручную ни один маневр “Атмиона”.

Планета, на которую садился корабль, казалась безжизненной, как сама смерть. Хотя локатор корабля давно поймал сигналы радиомаяка с ее поверхности, Мэлтби все еще не верил, что эта груда камней и космической пыли может быть обитаемой. По космическому каталогу, который он просмотрел, у нее даже не было названия, вместо него стоял невыразительный порядковый номер. Здешние миксанты ничем не рисковали. Любой враждебный звездолет принял бы радиомаяк с этого небесного тела за обычный навигационный буй. Однако Мэлтби, расшифровав его трескотню по-своему, безошибочно направил “Атмион” в указанный ему сектор над поверхностью планеты. Внезапно погасли все навигационные экраны, замерли стрелки высотомера и соседних с ним приборов. Дрейн пошевелился, но под рассеянным взглядом Мэлтби тут же расслабился, руки его безвольно легли на подлокотники кресла, он откинулся на его спинку и блаженно закрыл глаза. Посадка, управляемая извне, началась.

Все еще на большой скорости “Атмион” вошел в туннель и тут же сманеврировал почти на девяносто градусов. Если бы не гравитационные амортизаторы, на корабле, наверное, поднялась бы тревога. Туннелю не видно было конца. Он представлял собой не вертикальную шахту, а настоящий лабиринт со множеством ложных ходов, крутых закруглений, тупиков, выбраться из которых можно было, только двигаясь задним ходом. Еще сутки назад предупрежденный очередной шифровкой Мэлтби через Дрейна приказал задраить иллюминаторы на “Атмионе” под предлогом секретности полета. Теперь, кроме него, некому было удивляться головоломному спуску корабля. А о перегрузках при ускорении и торможении в эту космическую эпоху знали только экипажи небольших патрульных ракетопланов.

Прошло уже двенадцать часов с начала посадки, а движение “Атмиона” все продолжалось. Но часа через три во мраке туннеля замелькали синие, красные и зеленые огни. И вдруг “Атмион” вырвался на простор. Над ним засиял купол искусственного неба. Внизу раскинулся один из секретных городов миксантов, построенный ими пятнадцать лет назад в недрах планеты, которую они назвали Дип.