Читаем Ультиматум полностью

Тут он мельком вспомнил о своей плачевной роли вечного двойника. Кто его собеседница? Как она относится к Хенстону и к идее гражданского мира с деллийцами, проповедуемого Питером? Любой его неосторожный совет мог иметь далеко идущие для судеб всего народа Пятидесяти Солнц последствия. Но женщина рисковала, общаясь с ним, и нельзя было чересчур затягивать этот разговор.

— ВЫ ЧТО-ТО СКРЫВАЕТЕ, — продолжала она. — ХОРОШО, СТАВЛЮ ВОПРОС ЯСНЕЕ. МОГУТ ЛИ МИКСАНТЫ С ПОМОЩЬЮ ВОЗНИКАЮЩЕГО КОНФЛИКТА С ЗЕМЛЯНАМИ ЗАХВАТИТЬ ВЛАСТЬ НАД ДЕЛЛИЕЙ?

Со стороны можно было подумать, что они продолжают беспечно флиртовать друг с другом. Наконец, официант потерял всякий интерес к их пошлой беседе и занялся другими посетителями.

— Я ПРОТИВ ВООРУЖЕННОГО ВОССТАНИЯ ИМЕННО ТЕПЕРЬ, — просигнализировал Питер. — НАПРОТИВ, В СЛУЧАЕ ЧЕГО ДОЛГ МИКСАНТОВ ВЫЙТИ ИЗ ПОДПОЛЬЯ И СПЛОТИТЬСЯ С ДРУГИМИ РАСАМИ В ВОЙНЕ ПРОТИВ ОБЩЕГО ПРОТИВНИКА.

— Терпеть не могу фешенебельных местечек, — строптиво сказала собеседница. — Мы, провинциалы, так боимся отдыхающих там снобов и красоток, которые слишком задирают нос.

— У НАС СЧИТАЮТ НЕ ТАК. МОЖЕТ БЫТЬ, ЛУЧШЕ ПРОДАТЬ ЗЕМЛЯНАМ КАКУЮ-ТО ОДНУ САМУЮ ЗАХУДАЛУЮ ПЛАНЕТУ В ОБМЕН НА КОЗЫРНЫЙ ШАНС В БОРЬБЕ С ПРАВИТЕЛЬСТВОМ?

— Хорошо, мы могли бы с вами съездить, скажем, в Аррос, — уступил Питер.

— ВЫХОДИТ, ЦЕЛЬ ОПРАВДЫВАЕТ СРЕДСТВА, — мрачно пошутил он. Но на самом деле Мэлтби было не до веселья. Он помнил, как прошлое восстание миксантов шло под лозунгами порабощения остальных деллийских рас, и это его ужасало. Похоже, что Хенстон со своими непримиримыми будет добиваться такой же цели. Не зря эта фанатичка — его явная сторонница. Хенстон хочет показать номинальному Главе государства миксантов, с кем теперь необходимо считаться.

— А что, у офицеров вашего корабля большие отпуска для полетов в такую даль? — поинтересовалась кокетка.

Официант при слове “офицеры” машинально навострил уши.

— ПУСТЬ ТАК. НО КТО, В КОНЦЕ КОНЦОВ, ДОСТОИН ПРАВИТЬ ЭТОЙ ЦИВИЛИЗАЦИЕЙ? НАС УНИЖАЮТ И ОГРАНИЧИВАЮТ В ЭЛЕМЕНТАРНЫХ ПРАВАХ, МЫ ЗАГНАНЫ В ПОДПОЛЬЕ И РЕЗЕРВАЦИИ, А МЕЖДУ ТЕМ САМИ НА ТРИ ГОЛОВЫ ВЫШЕ ИХ. И ФИЗИЧЕСКИ, И ПСИХИЧЕСКИ, И ИНТЕЛЛЕКТУАЛЬНО! ЕСЛИ КАК СЛЕДУЕТ РАЗОБРАТЬСЯ, МИКСАНТЫ МОГУТ БЫТЬ ЕДИНСТВЕННОЙ СУПЕРРАСОЙ ВО ВСЕЛЕННОЙ.

— Я не использовал свой отпуск за прошлый год, — сообщил Питер, глядя влюбленными глазами на свою визави.

— И ЗЕМЛЯН МЫ ТОЖЕ ПРЕВОСХОДИМ ПО ВСЕМ СТАТЬЯМ?

— Я подумаю над вашим предложением, — застенчиво сказала она и потупила глаза.

— А ПОЧЕМУ БЫ И НЕТ? ЗЕМЛЯНЕ НЕ УМЕЮТ, А МЫ МОЖЕМ УПРАВЛЯТЬ ВОЛЕЙ ДРУГИХ СУЩЕСТВ. ЕСЛИ КАКИМ-ТО ОБРАЗОМ, МИКСАНТАМ УДАЛОСЬ БЫ ПОПАСТЬ НА ИХ ЗВЕЗДОЛЕТ, НЕИЗВЕСТНО, КОМУ БЫ ДОСТАЛАСЬ ПОБЕДА. И ТОГДА, КТО ЗНАЕТ, КАКИМ БЫ СВЕРХОРУЖИЕМ МЫ ЗАВЛАДЕЛИ ПРОТИВ ПРАВИТЕЛЬСТВА ПЯТИДЕСЯТИ СОЛНЦ?

Мэлтби махнул официанту, чтобы тот принес счет.

— Как вас зовут? Ведь мы так не познакомились, — спохватился он.

— ДВАДЦАТЬ ЛЕТ НАЗАД МИКСАНТАМ НЕ ПОМОГЛИ ИХ ТЕЛЕПАТИЧЕСКИЕ СПОСОБНОСТИ. НЕ НЕПРАВОЕ ЛИ ДЕЛО БЫЛО ТОМУ ВИНОЙ?

— Мое имя Патрис Лоллит. А ваше, капитан?

— ХЕНСТОН СЧИТАЕТ, ЧТО, КАК ТОЛЬКО ЗЕМЛЯНЕ ПЕРЕЙДУТ К РЕШИТЕЛЬНЫМ ДЕЙСТВИЯМ, НУЖНО НЕМЕДЛЕННО ОБЯВЛЯТЬ ВОЙНУ ПРАВИТЕЛЬСТВУ.

— Меня зовут Питер Мэлтби, и я не женат до сих пор. Послушайте, как я только закончу свои дела, нельзя ли нам увидеться сегодняшним вечерком?

— МЫ С XEHGTOHOM МЫСЛИМ ПО-РАЗНОМУ. НО ЧТО КАСАЕТСЯ ДАВЛЕНИЯ НА ПРАВИТЕЛЬСТВО, ТО В ЭТОМ, ПОЖАЛУЙ, ЕСТЬ РАЦИОНАЛЬНОЕ ЗЕРНО. МНЕ НУЖНО ТРИ ДНЯ НА ОБДУМЫВАНИЕ. О СВОЕМ РЕШЕНИИ Я СООБЩУ ХЕНСТОНУ ПО КАКИМ-НИБУДЬ КАНАЛАМ. ПРОЩАЙТЕ, БУДЬТЕ ОСТОРОЖНЫ ВО ВРЕМЯ УХОДА ИЗ ГОРОДА.

Мэлтби расплатился с гуманоидом и откланялся даме, предварительно назначив ей свидание в городке. Она одарила его прелестной улыбкой. Мэлтби пошел к остановке вагончика фуникулера. Возносясь на трехсотметровую высоту по дороге в гостиницу космопорта, он не был уверен, что местные контрразведчики не поймали его на крючок, опознав эмиссаршу миксантов.

…Положение Питера среди соплеменников требовало от него регулярного вмешательства в их дела. Впервые титул Наследственного Главы получил его прапрадед, когда миксантам окончательно надоела постоянная грызня своих политиков за верховную должность. Хотел или нет Мэлтби, но он вынужден был нести свой крест конституционного монарха или главного шамана, если угодно. Но формально это делало его нарушителем присяги деллийскому правительству и военному руководству. И если миксанты свято берегли его тайны, то он не платил им привязанностью в полной мере. Мэлтби чувствовал благодарность к властям, взявшим его под свою опеку после гибели отца. В конце концов, тот был зачинщиком мятежа. Усвоив философию деллийцев, Мэлтби нередко разделял их страх перед экстремистским крылом своих сородичей. Но он понимал и другое: наступившие события могли перевернуть с ног на голову все его устоявшиеся отношения как с теми, так и с другими.