Читаем Учитель истории полностью

Десятилетия спустя после смерти дедушки, Аркадий Львович как-то просматривал его бумаги и документы. Много интересного обнаружил. Часть документов помечена датами дореволюционного времени. Среди этих реликвий увидел членский билет «Союза Воинствующих Безбожников». Про эту организацию Аркадий Львович читал ещё студентом, когда готовился к экзамену по научному атеизму. В те годы все учебные дисциплины назывались либо «научными», либо «марксистско-ленинскими»: научный атеизм, научный коммунизм, марксистско-ленинская философия, марксистско-ленинская эстетика, марксистско-ленинская этика. Вот так, и не иначе.

Развернул Аркадий Львович билет, а там запись: Виноградов Николай Васильевич, время вступления и уплаты вступительного взноса в союз 19.IV.1930, выдан Хоботовской заводской ячейкой СВБ (так сокращённо обозначили Союз Воинствующих Безбожников). Дальше две странички для отметок об уплате членских взносов. Вступительный взнос – 15 копеек, записано от руки. Также от руки запись: За 1929/1930 г. 60 коп. членский взнос. И подпись уполномоченного. Приклеена марка, подтверждающая уплату взноса. Красным цветом в центре земной шар, его окаймляет широкая лента с надписью «ИНТЕРНАЦИОНАЛ пролетарских Свободомыслящих».

То, что дедушка был членом такой оригинальной организации, Аркадия Львовича не удивило. Знал, что дедушка религию не исповедовал, хотя был одним из четырёх сыновей православного священника. Уже школьником в старших классах Аркадий любопытствовал у матери, как случилось, что дедушка не признаёт религию, мало того, настроен враждебно. Мать находила объяснение в поведении, характере отца дедушки. Из её рассказа Аркадий узнал:

– Отец твоего дедушки был доброжелательный, пользующийся уважением и признательностью прихожан священник. Но в воспитании детей был строг до жестокости. Твой дедушка рассказывал, как не раз за провинность его, подростка отец хватал всей пятернёй за волосы и таскал до того, что кожа вздувалась, как опухоль во всю голову. Отца вспоминал как какое-то чудовище, никаких сыновних чувств, никакого почитания и даже хоть малой привязанности. По существовавшей традиции старший сын у священника должен наследовать отцовскую стезю. Остальные могли по своему усмотрению. Дедушка твой был третьим из четверых. Поступил и окончил железнодорожный техникум по специальности техник-строитель. Ну, а после революции не исповедовать религию было куда как хорошо, это приветствовалось и всячески поощрялось. Твой прадедушка, мой дедушка умер в 1918 году. Умер от сердечного приступа, как рассказывали. Спускался по лестнице с чердака. На землю ступил, схватился за сердце и упал замертво. Во время умер. В те годы священников преследовали страшно. Арестовывали, убивали. А то случалось, прямо возле церкви толпа расправу учиняла. Многие тогда так смерть приняли. А твоего прадедушку Бог миловал».

Разглядывая членский билет дедушки, где стояла отметка об уплате взносов всего за один год, Аркадий Львович догадывался, что вступление в Союз Безбожников было не столько продуманным выбором, а результатом очередной кампании. Сам с подобным встречался многократно. Учителей и учеников год от года принимали в какое-нибудь открываемое общество: то в Общество Красного Креста и Полумесяца, то в Добровольную дружину пожарных, или в Общество по спасению утопающих. У Аркадия Львовича сохранились членские билеты Общества охраны памятников культуры и Всесоюзного общества трезвости. Последний членский билет получил уже во времена горбачёвской перестройки. Даже значок предусмотрели. Значок выкупил и сохранил. Но сам, ни разу не надевал и не видел, чтобы кто-то этим значком красовался.

В девяностые годы, когда все запреты на религию исчезнут, Аркадий Львович будет пояснять школьникам, как может странно складываться судьба и жизненный путь каждого человека. Воздерживаясь от рассказов о себе, в этом случае изменял правилу, приводил в пример историю своей семьи.

– Мой прадед – православный священник, дед – безбожник, мать – верующая, истинно и искренне, а я – человек, не исповедующий религию. В наше время в одночасье все стали верующими. Даже президенты считают своим долгом причислять себя к верующим. Правильно делают. Большинство населения, если даже не строго соблюдают религиозный ритуал, церковь по привычке с советских времён избегают посещать, то уже по рождению причисляют себя к православной вере.

– А Вы, Аркадий Львович, крещёный? – задают свой вопрос ученики.

– Крещёный. Таково было желание и воля моей матери. Я был в том возрасте, когда не спрашивают согласия. Взрослый я отказался бы от этого обряда.

– Но Вы же всё равно во что-то верите. Человек не может жить без веры.

– Не следует смешивать веру, как одно из качеств человека, с религиозной верой. И потом сами посудите. В мире существует свыше трёх тысяч религий. Какую выбрать? Какую исповедовать?

– Ту, которую исповедует твоя нация, твой народ, к которому ты принадлежишь.

– Я прожил, можно сказать, целую жизнь. И превосходно обошелся без религии.