Читаем Учись, студент! полностью

Стоял на площади, без глаз, с табличкой «киллер»слепой старик и пел о том что видел шиллер,о том что бедные топили в луже вилыим печи виллами топили купцы-поцывтирали в жопы жены их газетный стронцыйстирали пятна на баках соборов овцыно опцыоны не укладывались в опцыина нас идут войной невидимые псы.От них не спрячется ни дочка в главной фирмеот них не спрячется ни почка вербы зимнейдо них и шапкой-невидимкой не докинешьим в будку сунешь щит и мечь — уже не вынешьот них несет одеколоном «boss» и псинойСнимай со стен свое оружье — кол осиновыйвоткни в себя и обернись голодным волкомИ спрячься в сейф и там епись на верхней полке.Стоял на площади Старик и пел и плакалу ног его алкАл то Бог, то голый мальчикСтарик обрезал коготок ему на пальчикеи по лекалу сшил трусы из флага, на колнадел и вдруг преобразился в пса покорногоу ног их сука с течкой, в пасти — непокорныймалыш убил их всех из «стечкина», из джинсовсказав: «Я памятник воздвиг Дзержинский!»(а препинанья знак украл «Нерукотворный»)

«Бабочкин гардероб»

Я не люблю свой черный галстукчто белой линией обводиткрая страны; московский узелон тянет вниз и горло давити даже запонка златаямой Петербург- искус не будит.Люблю чтоб ворот нараспашку!На шее родинка печатьюкак то пятно на промокашкевидна была чтоб на таможнепри въезде женских рук на плечилюблю подчеркнуто беспечныйпомятый вид своей рубашкикак-будто это в зиму пашня.Люблю люблю я брюк помятыхзнакомый вид как две дорогиодна с колддобинами — в водувторая в небо вся в рипеях!Я не люблю как чудо в перьяхходить во фраке руки в бокино вот что странно — вид глубокыйсолидный взгляд осанку (сбоку)мне придают и фрак и брюкии воротник стоячий сучийтакой знакомый вид у бабочкивсе потому что туфли лодочкойдолжны блестеть — как я люблю!Должны блестеть в любое времякогда храплю пускаю семяв кулак сморкаюсь кроя матом(в чужой кулак) и в «Агалатово»в навоз схожу на белом трактореВ Ньюарке с паркером (просыпалось)Но почему но почемуя так люблю и так люблю?— А потому что в прошлой жизниты был Премьером в Какмандусказал мне Бог закинув удочкуи плюнув в морду мотылю.

«Ма…»

Перейти на страницу:

Похожие книги

Монстры
Монстры

«Монстры» продолжают «неполное собрание сочинений» Дмитрия Александровича Пригова (1940–2007). В этот том включены произведения Пригова, представляющие его оригинальный «теологический проект». Теология Пригова, в равной мере пародийно-комическая и серьезная, предполагает процесс обретения универсального равновесия путем упразднения различий между трансцендентным и повседневным, божественным и дьявольским, человеческим и звериным. Центральной категорией в этом проекте стала категория чудовищного, возникающая в результате совмещения метафизически противоположных состояний. Воплощенная в мотиве монстра, эта тема объединяет различные направления приговских художественно-философских экспериментов: от поэтических изысканий в области «новой антропологии» до «апофатической катафатики» (приговской версии негативного богословия), от размышлений о метафизике творчества до описания монстров истории и властной идеологии, от «Тараканомахии», квазиэпического описания домашней войны с тараканами, до самого крупного и самого сложного прозаического произведения Пригова – романа «Ренат и Дракон». Как и другие тома собрания, «Монстры» включают не только известные читателю, но не публиковавшиеся ранее произведения Пригова, сохранившиеся в домашнем архиве. Некоторые произведения воспроизводятся с сохранением авторской орфографии и пунктуации. В ряде текстов используется ненормативная лексика.

Дмитрий Александрович Пригов

Поэзия
Полтава
Полтава

Это был бой, от которого зависело будущее нашего государства. Две славные армии сошлись в смертельной схватке, и гордо взвился над залитым кровью полем российский штандарт, знаменуя победу русского оружия. Это была ПОЛТАВА.Роман Станислава Венгловского посвящён событиям русско-шведской войны, увенчанной победой русского оружия мод Полтавой, где была разбита мощная армия прославленного шведского полководца — короля Карла XII. Яркая и выпуклая обрисовка характеров главных (Петра I, Мазепы, Карла XII) и второстепенных героев, малоизвестные исторические сведения и тщательно разработанная повествовательная интрига делают ромам не только содержательным, но и крайне увлекательным чтением.

Георгий Петрович Шторм , Станислав Антонович Венгловский , Александр Сергеевич Пушкин , Г. А. В. Траугот

Проза для детей / Поэзия / Классическая русская поэзия / Проза / Историческая проза / Стихи и поэзия
Мудрость
Мудрость

Широко известная в России и за рубежом система навыков ДЭИР (Дальнейшего ЭнергоИнформационного Развития) – это целостная практическая система достижения гармонии и здоровья, основанная на апробированных временем методиках сознательного управления психоэнергетикой человека, трансперсональными причинами движения и тонкими механизмами его внутреннего мира. Один из таких механизмов – это система эмоциональных значений, благодаря которым набирает силу мысль, за которой следует созидательное действие.Эта книга содержит техники работы с эмоциональным градиентом, приемы тактики и стратегии переноса и размещения эмоциональных значимостей, что дает нам шанс сделать следующий шаг на пути дальнейшего энергоинформационного развития – стать творцом коллективной реальности.

Дмитрий Сергеевич Верищагин , Александр Иванович Алтунин , Гамзат Цадаса

Карьера, кадры / Публицистика / Сказки народов мира / Поэзия / Самосовершенствование
Александри В. Стихотворения. Эминеску М. Стихотворения. Кошбук Д. Стихотворения. Караджале И.-Л. Потерянное письмо. Рассказы. Славич И. Счастливая мельница
Александри В. Стихотворения. Эминеску М. Стихотворения. Кошбук Д. Стихотворения. Караджале И.-Л. Потерянное письмо. Рассказы. Славич И. Счастливая мельница

Творчество пяти писателей, представленное в настоящем томе, замечательно не только тем, что венчает собой внушительную цепь величайших вершин румынского литературного пейзажа второй половины XIX века, но и тем, что все дальнейшее развитие этой литературы, вплоть до наших дней, зиждется на стихах, повестях, рассказах, и пьесах этих авторов, читаемых и сегодня не только в Румынии, но и в других странах. Перевод с румынского В. Луговского, В. Шора, И. Шафаренко, Вс. Рождественского, Н. Подгоричани, Ю. Валич, Г. Семенова, В. Шефнера, А. Сендыка, М. Зенкевича, Н. Вержейской, В. Левика, И. Гуровой, А. Ахматовой, Г. Вайнберга, Н. Энтелиса, Р. Морана, Ю. Кожевникова, А. Глобы, А. Штейнберга, А. Арго, М. Павловой, В. Корчагина, С. Шервинского, А. Эфрон, Н. Стефановича, Эм. Александровой, И. Миримского, Ю. Нейман, Г. Перова, М. Петровых, Н. Чуковского, Ю. Александрова, А. Гатова, Л. Мартынова, М. Талова, Б. Лейтина, В. Дынник, К. Ваншенкина, В. Инбер, А. Голембы, C. Липкина, Е. Аксельрод, А. Ревича, И. Константиновского, Р. Рубиной, Я. Штернберга, Е. Покрамович, М. Малобродской, А. Корчагина, Д. Самойлова. Составление, вступительная статья и примечания А. Садецкого. В том включены репродукции картин крупнейших румынских художников второй половины XIX — начала XX века.

Ион Лука Караджале , Джордже Кошбук , Анатолий Геннадьевич Сендык , Инесса Яковлевна Шафаренко , Владимир Ефимович Шор

Поэзия / Стихи и поэзия