Читаем Убить дракона полностью

— Иногда. Птеро очаровательны. Я охотно слушал бы их и разговаривал бы с ними, но не могу. Мои пси-способности слишком незначительны. Я никогда не болел лихорадкой. Поэтому я не могу даже представить, почему Морган выбрал для своего побега Новый Рай. Его пси-способности равнялись нулю. Абсолютно исключено, что он сможет выдержать лихорадку и стать Избранным. — Губы Фосбера скривились в мимическом соответствии пожатию плечами. — Мне хотелось бы узнать его основания. Он не похож на дезертира — их обычно легко узнать. Достаточно посмотреть на их лица, чтобы понять, что перебежка — их единственный способ бегства. Или она, или смерть.

— Да, — Виктор погладил ножны своего кинжала. — Или смерть.

На Новом Рае ночь наступала внезапно, сразу же после захода солнца. Когда совершенно стемнело, Виктор выбрался из своего убежища. Стерильное помещение было просто тесно для него, ему нужен был простор для раздумий. Он незаметно покинул здание и спокойным, решительным шагом солдата двинулся по городку землян.

Поселение было странной смесью новейшего и примитивного. Дома из местного дерева, с трудом возведенные первыми поселенцами из Избранных стояли рядом с пластиковыми строениями фабричного производства — такие дома предпочитали нынешние жители. Немощеная пыльная улица была освещена только розовым светом маленькой луны Нового Рая и мерцающими песчинками звезд. Двое человек шли по улице — представители Службы Безопасности. Они сердито посмотрели на военную куртку Виктора, но беспрепятственно пропустили его. В тени стрекотали насекомые. Когда Виктор приближался, они замолкали, но как только он проходил, возобновляли свою музыку. Воздух был влажным и тяжелым, Виктору казалось, что он не идет, а плывет сквозь него. У этого воздуха был кисловато-горький запах. Конечно, это особенность Нового Рая. Он спросил себя, как пахнет воздух для приспособившихся Избранных? И как он пахнет для драконов?

Небо внезапно потемнело, когда гигантское тело птеро заслонило лунный свет. Рука Виктора инстинктивно легла на кинжал. Рептилия, легко махая крыльями, пролетела над ним и опустилась на посадочную площадку. Колеблясь и все еще стискивая рукоятку кинжала, Виктор подошел к этому существу. Птеро спокойно наблюдал за ним, пока он приближался, потом нагнул подобную наковальне голову, приветствуя Виктора. Луна освещала его: мягкий, красноватый свет на золотистой коже. Гонал.

Виктор остановился менее, чем в десяти шагах от птеро. Его узкие, черные глаза встретили золотистый взгляд рептилии.

— В юности, — прошептал Виктор, — я мечтал о тебе. Я с волшебным мечом против дракона, — его рука сомкнулась на рукоятке кинжала. — И вот ты здесь.

Гонал защебетал. Кинжал оказался в руке Виктора, лунный свет превратил металл в кровь. Птеро склонил голову и посмотрел на лезвие. Виктор испустил приглушенный смешок.

— Это не волшебный меч, верно? Но все равно. Я уже не юноша. — Он спрятал кинжал в ножны. — У меня больше нет грез. Ты знаешь, кто я? проревел он золотистой рептилии. — Майор Виктор Тохиро из армии Земли. Для друзей — самурай Вик. Мастер оружия, эксперт по грязным делишкам и убийца драконов к вашим услугам. Специализируюсь по героическим делам. Чем вам помочь? Спасти королевство? Освободить прекрасную девушку? Убить человека?

Гонал зашипел и забил хвостом по короткой опаленной траве.

— Да, убийство. Они могут называть его как угодно. Знаешь, они говорят, что я герой. Я и сам уже так думаю. Я поверил в это. Но в наше время — я знаю это лучше всех — не существует никаких героев. Ты птеранодон, а я…

Птеро снова зашипел, но уже не враждебно.

— Да, — согласился Виктор, — я знаю, что я такое. Но существуют мечты. Должны существовать. — Он протянул руку, рука и голос дрожали. Позволь прикоснуться к тебе, мой почти дракон. Докажи мне, что ты реален.

Он подошел еще ближе. Гонал склонил голову. Виктор притронулся к гибкой шее Гонала. Кончики его пальцев скользнули по коже, мягкой, как у женщины, сухой и неожиданно теплой. Ободренный и зачарованный, он подошел вплотную.

Мужской голос произнес имя Виктора. Гонал качнул головой и свистнул. Виктор от неожиданности отпрыгнул назад, рука метнулась к рукоятке кинжала. На краю посадочной площадки стоял Фосбер, за ним виднелись силуэты человека и птеро. Услышав всепроникающее, саркастическое шипение, Виктор понял, что это Васси. Гонал что-то прогремел в ответ и распахнул крылья на всю ширину. Васси смолкла, глаза ее пылали. Мужчина у ее бока нагнулся к Фосберу, сказал ему что-то, чего Виктор не понял, потом быстро забрался на спину Васси. Как единое существо, оба птеро поднялись в воздух, их крылья подняли пыльную бурю. Васси направилась прямо на юг, а Гонал попарил немного, низко насвистывая на прощание. Прежде успело раздастся эхо, оба дракона превратились в темные пятна над деревьями.

Перейти на страницу:

Похожие книги

Смерти нет
Смерти нет

Десятый век. Рождение Руси. Жестокий и удивительный мир. Мир, где слабый становится рабом, а сильный – жертвой сильнейшего. Мир, где главные дороги – речные и морские пути. За право контролировать их сражаются царства и империи. А еще – небольшие, но воинственные варяжские княжества, поставившие свои города на берегах рек, мимо которых не пройти ни к Дону, ни к Волге. И чтобы удержать свои земли, не дать врагам подмять под себя, разрушить, уничтожить, нужен был вождь, способный объединить и возглавить совсем юный союз варяжских князей и показать всем: хазарам, скандинавам, византийцам, печенегам: в мир пришла новая сила, с которую следует уважать. Великий князь Олег, прозванный Вещим стал этим вождем. Так началась Русь.Соратник великого полководца Святослава, советник первого из государей Руси Владимира, он прожил долгую и славную жизнь, но смерти нет для настоящего воина. И вот – новая жизнь, в которую Сергей Духарев входит не могучим и властным князь-воеводой, а бесправным и слабым мальчишкой без рода и родни. Зато он снова молод, а вокруг мир, в котором наверняка найдется место для славного воина, которым он несомненно станет… Если выживет.

Катя Че , Александр Владимирович Мазин , Всеволод Олегович Глуховцев , Андрей Иванович Самойлов , Василий Вялый

Фантастика / Научная Фантастика / Попаданцы / Фэнтези / Современная проза
Пространство
Пространство

Дэниел Абрахам — американский фантаст, родился в городе Альбукерке, крупнейшем городе штата Нью-Мехико. Получил биологическое образование в Университете Нью-Мексико. После окончания в течение десяти лет Абрахам работал в службе технической поддержки. «Mixing Rebecca» стал первым рассказом, который молодому автору удалось продать в 1996 году. После этого его рассказы стали частыми гостями журналов и антологий. На Абрахама обратил внимание Джордж Р.Р. Мартин, который также проживает в штате Нью-Мексико, несколько раз они работали в соавторстве. Так в 2004 году вышла их совместная повесть «Shadow Twin» (в качестве третьего соавтора к ним присоединился никто иной как Гарднер Дозуа). Это повесть в 2008 году была переработана в роман «Hunter's Run». Среди других заметных произведений автора — повести «Flat Diane» (2004), которая была номинирована на премию Небьюла, и получила премию Международной Гильдии Ужасов, и «The Cambist and Lord Iron: a Fairytale of Economics» номинированная на премию Хьюго в 2008 году. Настоящий успех к автору пришел после публикации первого романа пока незаконченной фэнтезийной тетралогии «The Long Price Quartet» — «Тень среди лета», который вышел в 2006 году и получил признание и критиков и читателей.Выдержки из интервью, опубликованном в журнале «Locus».«В 96, когда я жил в Нью-Йорке, я продал мой первый рассказ Энн Вандермеер (Ann VanderMeer) в журнал «The Silver Web». В то время я спал на кухонном полу у моих друзей. У Энн был прекрасный чуланчик с окном, я ставил компьютер на подоконник и писал «Mixing Rebecca». Это была история о патологически пугливой женщине-звукорежиссёре, искавшей человека, с которым можно было бы жить без тревоги, она хотела записывать все звуки их совместной жизни, а потом свети их в единую песню, которая была бы их жизнью.Несколькими годами позже я получил письмо по электронной почте от человека, который был звукорежессером, записавшим альбом «Rebecca Remix». Его имя было Дэниель Абрахам. Он хотел знать, не преследую ли я его, заимствуя названия из его работ. Это мне показалось пугающим совпадением. Момент, как в «Сумеречной зоне»....Джорджу (Р. Р. Мартину) и Гарднеру (Дозуа), по-видимому, нравилось то, что я делал на Кларионе, и они попросили меня принять участие в их общем проекте. Джордж пригласил меня на чудесный обед в «Санта Фи» (за который платил он) и сказал: «Дэниель, а что ты думаешь о сотрудничестве с двумя старыми толстыми парнями?»Они дали мне рукопись, которую они сделали, около 20 000 слов. Я вырезал треть и написал концовку — получилась как раз повесть. «Shadow Twin» была вначале опубликована в «Sci Fiction», затем ее перепечатали в «Asimov's» и антологии лучшее за год. Потом «Subterranean» выпустил ее отдельной книгой. Так мы продавали ее и продавали. Это была поистине бессмертная вещь!Когда мы работали над романной версией «Hunter's Run», для начала мы выбросили все. В повести были вещи, которые мы специально урезали, т.к. был ограничен объем. Теперь каждый работал над своими кусками текста. От других людей, которые работали в подобном соавторстве, я слышал, что обычно знаменитый писатель заставляет нескольких несчастных сукиных детей делать всю работу. Но ни в моем случае. Я надеюсь, что люди, которые будут читать эту книгу и говорить что-нибудь вроде «Что это за человек Дэниель Абрахам, и почему он испортил замечательную историю Джорджа Р. Р. Мартина», пойдут и прочитают мои собственные работы....Есть две игры: делать симпатичные вещи и продавать их. Стратегии для победы в них абсолютно различны. Если говорить в общих чертах, то первая напоминает шахматы. Ты сидишь за клавиатурой, ты принимаешь те решения, которые хочешь, структура может меняется как угодно — ты свободен в своем выборе. Тут нет везения. Это механика, это совершенство, и это останавливается в тот самый момент, когда ты заканчиваешь печатать. Затем наступает время продажи, и начинается игра на удачу.Все пишут фантастику сейчас — ведь ты можешь писать НФ, которая происходит в настоящем. Многие из авторов мэйнстрима осознали, что в этом направление можно работать и теперь успешно соперничают с фантастами на этом поле. Это замечательно. Но с фэнтези этот номер не пройдет, потому что она имеет другую динамику. Фэнтези — глубоко ностальгический жанр, а продажи ностальгии, в отличии от фантастики, не определяются степенью изменения технологического развития общества. Я думаю, интерес к фэнтези сохранится, ведь все мы нуждаемся в ностальгии».

Сергей Пятыгин , Дэниел Абрахам , Алекс Вав , Джеймс С. А. Кори

Приключения / Приключения для детей и подростков / Фантастика / Космическая фантастика / Научная Фантастика / Детские приключения