Читаем Убить дракона полностью

После часа полета в поле зрения показались Утесы Избранных. Пещеры и ходы усеивали стены из песчаника, а птеро — небо. Васси покружила в просвете моря деревьев, потом зависла, крича. Женщина-пилот сделала знак, что поняла ее, и повела машину вниз, на посадку. Воздушный глайдер так же не должен был приближаться к поселению Избранных, как и земное оружие. Виктор с неудовольствием отметил это, как отметил почетный эскорт из копьеносцев, который ждал их на поляне. Они стояли неподвижно, как статуи, пока глайдер не улетел. Только тогда один из копьеносцев выступил вперед. Бенедикт. При взгляде на него Виктору захотелось оказаться где-нибудь в другом месте.

— Идемте с нами.

Виктора привели на поляну перед Утесами. В густой траве были разбиты небольшие огороды, стоял очаг для приготовления пищи и даже белье, кем-то развешанное и болтающееся между двумя наклонившимися стволами деревьев. Но видно было всего несколько человек. Виктор машинально провел рукой по пустым ножнам на поясе. Что-то здесь было не так, он буквально ощущал это, резко, как кисловатый запах местного воздуха. Глаза его сузились и скользили по лицам немногих присутствующих. Только мужчины, все с мускулатурой воинов и все вооружены.

В стороне сидела Васси, ее глаза сверкали, как золото, которым платят предателям.

Виктор стоял, несмотря на острия копий, упершиеся ему в спину.

— Где Морган?

— Мы отведем тебя к нему, — сказал Бенедикт. — Иди дальше.

— Я хочу встретиться с ним снаружи.

Васси подавила нервный смешок.

— Ты увидишь его довольно скоро, убийца, — проворчал Бенедикт. — Мы знаем настоящие причины твоего прибытия сюда. Мы терпим присутствие Земли в Гнезде, тупица, но не потерпим шпионов. А теперь пошевеливайся.

Виктор прыгнул, ударив Бенедикта в висок. Вырвав копье из рук потерявшего сознание мужчины, он обернулся, чтобы посмотреть, что ему грозит…

Б_О_Л_Ь!

Подобно когтям, в его мозг вонзилась сверкающая боль. Мир разлетелся на куски песчаника и травы, когда Виктор, почти потерявший сознание, был повергнут на колени. Словно из глубины вселенной, он услышал, как крикнул Энос:

— Васси, перестань! Совету он нужен живым!

Когти отпустили его мозг. Сильные, мозолистые руки втолкнули в черное зияющее отверстие пещеры. Сидевший на страже птеро отодвинулся, чтобы они могли пройти. Конвоиры Виктора мягко положили его на пол. Сухой холод камня на лице привел его в себя и он мог связно мыслить, хотя в голове все еще был болезненный озноб.

Они знали, кто он. Кто же его выдал? Телепат из Избранных? Фосбер? Или Гонал?

Губы его скривились. Н_и_к_о_г_д_а_ н_е_ д_о_в_е_р_я_й д_р_а_к_о_н_а_м.

Он мучился, стараясь игнорировать головную боль. Мужчины ушли, но птеро остался, блокируя выход из пещеры. Он добродушно шипел Виктору, а тот кисло улыбался ему в ответ.

— Не можешь ли ты рассказать мне, что они намереваются делать со мной?

— О, ничего, но я бы охотно сделал, — раздался позади него голос. Виктор вскочил и автоматически принял боевую стойку. Мужчина тихо рассмеялся и вышел на слабый свет. Плохо подходящая ему кожаная одежда Избранного облегала его костлявое тело. Губы, обросшие недельной бородкой, были напряжены и циничны.

— Вы ищете Моргана, не так ли? — сказал он. — Вот вы его и нашли. Я Джон Морган. Я пленник Избранных. И вы тоже.

Они сидели в полутьме и беседовали. Что они еще могли делать?

— Значит, вы пленник, — сказал Виктор. — А мне говорили, что вы добровольно перебежали к Избранным.

— Это часть маскировки, — голос Моргана был тяжелым и суровым. Говорите тише. Эта ящерица не телепат, но понимает земной язык, как мы с вами.

Виктор заметил взгляд Моргана, украдкой брошенный на их охранника.

— Не телепат? У меня сложилось впечатление, что все они телепаты, только не могут читать мысли землян.

Морган закряхтел. Должно быть, это был смех.

— Ах, да. Границы телепатии птеро. Это один из тех моментов, которые я должен здесь изучить.

— Должны?..

— Не будьте таким тупоумным. Я земной агент. Некоторое время назад были замечены признаки мощных пси-способностей среди Избранных и птеро. Центр должен знать о размерах этих способностей и не могут ли они быть повернуты против Земли.

— Ага… — Теперь кое-что начало прояснятся. Армия солгала не только Фосберу, когда посылала Виктора на Новый Рай. — Значит, на самом деле вы вовсе не член отряда исследователей?

— Верно. И никогда им не был. Мое задание состоит в том, чтобы проникнуть к Избранным, понаблюдать за их способностями и выяснить их намерения относительно Земли. Благодаря тому, что они не могут читать мои мысли, я имел возможность шпионить, не опасаясь, что меня выследят. Так я думал.

— И вы обнаружили что-нибудь полезное?

Перейти на страницу:

Похожие книги

Смерти нет
Смерти нет

Десятый век. Рождение Руси. Жестокий и удивительный мир. Мир, где слабый становится рабом, а сильный – жертвой сильнейшего. Мир, где главные дороги – речные и морские пути. За право контролировать их сражаются царства и империи. А еще – небольшие, но воинственные варяжские княжества, поставившие свои города на берегах рек, мимо которых не пройти ни к Дону, ни к Волге. И чтобы удержать свои земли, не дать врагам подмять под себя, разрушить, уничтожить, нужен был вождь, способный объединить и возглавить совсем юный союз варяжских князей и показать всем: хазарам, скандинавам, византийцам, печенегам: в мир пришла новая сила, с которую следует уважать. Великий князь Олег, прозванный Вещим стал этим вождем. Так началась Русь.Соратник великого полководца Святослава, советник первого из государей Руси Владимира, он прожил долгую и славную жизнь, но смерти нет для настоящего воина. И вот – новая жизнь, в которую Сергей Духарев входит не могучим и властным князь-воеводой, а бесправным и слабым мальчишкой без рода и родни. Зато он снова молод, а вокруг мир, в котором наверняка найдется место для славного воина, которым он несомненно станет… Если выживет.

Катя Че , Александр Владимирович Мазин , Всеволод Олегович Глуховцев , Андрей Иванович Самойлов , Василий Вялый

Фантастика / Научная Фантастика / Попаданцы / Фэнтези / Современная проза
Пространство
Пространство

Дэниел Абрахам — американский фантаст, родился в городе Альбукерке, крупнейшем городе штата Нью-Мехико. Получил биологическое образование в Университете Нью-Мексико. После окончания в течение десяти лет Абрахам работал в службе технической поддержки. «Mixing Rebecca» стал первым рассказом, который молодому автору удалось продать в 1996 году. После этого его рассказы стали частыми гостями журналов и антологий. На Абрахама обратил внимание Джордж Р.Р. Мартин, который также проживает в штате Нью-Мексико, несколько раз они работали в соавторстве. Так в 2004 году вышла их совместная повесть «Shadow Twin» (в качестве третьего соавтора к ним присоединился никто иной как Гарднер Дозуа). Это повесть в 2008 году была переработана в роман «Hunter's Run». Среди других заметных произведений автора — повести «Flat Diane» (2004), которая была номинирована на премию Небьюла, и получила премию Международной Гильдии Ужасов, и «The Cambist and Lord Iron: a Fairytale of Economics» номинированная на премию Хьюго в 2008 году. Настоящий успех к автору пришел после публикации первого романа пока незаконченной фэнтезийной тетралогии «The Long Price Quartet» — «Тень среди лета», который вышел в 2006 году и получил признание и критиков и читателей.Выдержки из интервью, опубликованном в журнале «Locus».«В 96, когда я жил в Нью-Йорке, я продал мой первый рассказ Энн Вандермеер (Ann VanderMeer) в журнал «The Silver Web». В то время я спал на кухонном полу у моих друзей. У Энн был прекрасный чуланчик с окном, я ставил компьютер на подоконник и писал «Mixing Rebecca». Это была история о патологически пугливой женщине-звукорежиссёре, искавшей человека, с которым можно было бы жить без тревоги, она хотела записывать все звуки их совместной жизни, а потом свети их в единую песню, которая была бы их жизнью.Несколькими годами позже я получил письмо по электронной почте от человека, который был звукорежессером, записавшим альбом «Rebecca Remix». Его имя было Дэниель Абрахам. Он хотел знать, не преследую ли я его, заимствуя названия из его работ. Это мне показалось пугающим совпадением. Момент, как в «Сумеречной зоне»....Джорджу (Р. Р. Мартину) и Гарднеру (Дозуа), по-видимому, нравилось то, что я делал на Кларионе, и они попросили меня принять участие в их общем проекте. Джордж пригласил меня на чудесный обед в «Санта Фи» (за который платил он) и сказал: «Дэниель, а что ты думаешь о сотрудничестве с двумя старыми толстыми парнями?»Они дали мне рукопись, которую они сделали, около 20 000 слов. Я вырезал треть и написал концовку — получилась как раз повесть. «Shadow Twin» была вначале опубликована в «Sci Fiction», затем ее перепечатали в «Asimov's» и антологии лучшее за год. Потом «Subterranean» выпустил ее отдельной книгой. Так мы продавали ее и продавали. Это была поистине бессмертная вещь!Когда мы работали над романной версией «Hunter's Run», для начала мы выбросили все. В повести были вещи, которые мы специально урезали, т.к. был ограничен объем. Теперь каждый работал над своими кусками текста. От других людей, которые работали в подобном соавторстве, я слышал, что обычно знаменитый писатель заставляет нескольких несчастных сукиных детей делать всю работу. Но ни в моем случае. Я надеюсь, что люди, которые будут читать эту книгу и говорить что-нибудь вроде «Что это за человек Дэниель Абрахам, и почему он испортил замечательную историю Джорджа Р. Р. Мартина», пойдут и прочитают мои собственные работы....Есть две игры: делать симпатичные вещи и продавать их. Стратегии для победы в них абсолютно различны. Если говорить в общих чертах, то первая напоминает шахматы. Ты сидишь за клавиатурой, ты принимаешь те решения, которые хочешь, структура может меняется как угодно — ты свободен в своем выборе. Тут нет везения. Это механика, это совершенство, и это останавливается в тот самый момент, когда ты заканчиваешь печатать. Затем наступает время продажи, и начинается игра на удачу.Все пишут фантастику сейчас — ведь ты можешь писать НФ, которая происходит в настоящем. Многие из авторов мэйнстрима осознали, что в этом направление можно работать и теперь успешно соперничают с фантастами на этом поле. Это замечательно. Но с фэнтези этот номер не пройдет, потому что она имеет другую динамику. Фэнтези — глубоко ностальгический жанр, а продажи ностальгии, в отличии от фантастики, не определяются степенью изменения технологического развития общества. Я думаю, интерес к фэнтези сохранится, ведь все мы нуждаемся в ностальгии».

Сергей Пятыгин , Дэниел Абрахам , Алекс Вав , Джеймс С. А. Кори

Приключения / Приключения для детей и подростков / Фантастика / Космическая фантастика / Научная Фантастика / Детские приключения