Читаем Убийцы смерти полностью

Прошло уже десять дней с момента крушения «Макомы». Судя по всему, предохранитель, предложенный Буколовым, сработал отлично. Следы ПУОП в районе мыса Олд-Мишн не были обнаружены, однако наблюдение продолжалось круглосуточно. В средствах массовой информации случившееся было подано как результат сбоя навигационной системы судна во время сильного снежного бурана. А то, что власти оцепили район, было объяснено выбросом из трюма опасного груза. Такой отговоркой удалось прикрыть появление многочисленных команд с электрическими опрыскивателями, которые в качестве дополнительной меры предосторожности буквально пропитали предохранительным составом всю местность. Это также объясняло продолжение наблюдения за окружающей средой.

Все члены экипажа «Маконы», и доктор Буколов вместе с ними, были благополучно сняты с выброшенного на берег судна. Все отделались ссадинами и несколькими переломами. Даже для Ника Пастернака, пилота вертолета, все закончилось лишь шишкой за ухом размером с куриное яйцо, оставшейся от удара, которым его оглушил Харзин перед попыткой бегства.

В конце концов, поскольку ни о каких жертвах не сообщалось, средства массовой информации быстро потеряли интерес к происшествию, переключившись на крупные выигрыши в лотерею и свадьбы знаменитостей.

Жизнь шла своим чередом.

Что можно было сказать и про Такера.

Через два дня после этих событий они с Кейном приземлились в аэропорту Кейптауна. В ссадинах, синяках, зашитые, оба нуждались в отдыхе — и Уэйн знал, где этот отдых найти.

Он махнул рукой, приглашая Кристофера на тенистую веранду дома в колониальном стиле. Трехэтажное здание находилось в отдаленном уголке охотничьего парка Спитскоп, вдали от туристической зоны парка с портье в белых костюмах, где Такер и его спутники останавливались в предыдущий раз. Это здание, заброшенное лет десять назад, заколоченное и забытое, облюбовали змеи и грызуны, от которых пришлось избавляться, прежде чем начать реставрацию.

Рабочие трудились практически круглосуточно. Медленно воскресающее былое величие особняка все еще скрывалось за строительными лесами. Новые доски разительно выделялись на фоне старых. Просторная лужайка, засеянная бухлоэ, травой, характерной для здешних мест, простиралась на добрых полакра и обильно поливалась. На крыльце стояли банки с краской, дожидаясь возможности оживить выцветшую красоту старинного особняка.

А дальше на территории площадью двадцать акров стояли загоны и хозяйственные постройки, свидетельство планов дальнейшего расширения парка.

Но на ведущей туда дороге, вымощенной щебнем, уже красовался новенький указатель. Буквы, вырезанные в досках из местного железного дерева, были выкрашены ярко-оранжевой, белой и черной красками. Они возвещали о надеждах и мечтах братьев Нкомо.

Такер пересек влажную лужайку и поднялся на крыльцо по недавно побеленным ступеням. Над головой торчащие из потолка провода обозначали места будущей установки вентиляторов. Кейн не отставал от хозяина, спеша в тень и к своей миске с водой.

— Честное слово, мистер Такер, — настаивал Кристофер, поднимаясь на крыльцо словно на эшафот, — это слишком большой подарок, сэр.

— Деньги у меня есть, и прекратите называть это «подарком». Это инвестиция, и только.

Выполнив задание «Сигмы», Такер обнаружил, что его счет в банке на Каймановых островах резко вырос. И дело было не в щедрости «Сигмы», хотя и это ведомство расплатилось с ним сполна, а в астрономическом гонораре от Богдана Федосеева, русского предпринимателя, чью жизнь Такер спас во Владивостоке. Похоже, Федосеев высоко ценил свое личное благополучие, что и выразилось в переведенной им премии.

Последовав его примеру, Такер проявил ту же самую щедрость по отношению к братьям Нкомо, которые, в свою очередь, спасли ему жизнь. Из разговоров с Кристофером во время долгой дороги в горы Гроот Карас Такер знал о мечтах братьев купить этот особняк и прилегающие земли и открыть здесь свое дело.

Им не хватало денег — и Такер решил эту проблему.

— Как только сможем, мы с вами расплатимся, — заверил его Кристофер, и Такер почувствовал, что это обещание молодой негр обязательно сдержит. — Но, наверное, нам нужно обсудить проценты.

— Вы совершенно правы. Давайте их обсудим. Я говорю ноль процентов.

Кристофер вздохнул, понимая бесполезность споров.

— В таком случае мы всегда будем держать лучший номер для вас с Кейном.

Окинув взглядом растрескавшиеся балки, шелушащуюся краску и выбитые стекла в окнах, Такер усмехнулся.

— Надо не терять надежды, ведь так? — поспешил заверить его молодой негр. — Когда-нибудь… да?

— Когда номер люкс будет готов, сообщите мне.

— Обязательно сообщу. Но, друг мой, когда вы нас покинете? Мы будем по вас скучать.

— Если учесть состояние «Рейнджровера», в обозримом будущем вам скучать по мне не придется. А так — не знаю.

И такое положение дел устраивало Такера.

Он снова обвел взглядом старинную красоту, воскрешающуюся из небытия.