Читаем Убийство-2 полностью

Лунд села напротив нее. Рядом устроился шеф участка, раскурил дурно пахнущую трубку и стал слушать.

— Вы разве не смотрите новости?

— Нет. У меня есть только радио. О том, что Мюга убили, я слышала. И о Грюнере тоже.

Говоря, она не смотрела на Лунд.

— Вы понимаете, что происходит? — спросила Лунд.

— Понятия не имею.

— Вам кто-нибудь угрожал?

Томсен усмехнулась:

— Конечно нет. Кому могло такое в голову прийти?

Начало предвещало долгий и трудный разговор.

— В последнее время вы общались с кем-нибудь из контингента «Эгир»?

— Я живу в лесу. Одна. Мне нравится моя жизнь. Никого из армейских не видела два года.

— Погибли не только солдаты. Ваш адвокат, Анна Драгсхольм, тоже убита. — Лунд положила фотографию на стол. — Она не пыталась связаться с вами?

— Нет, — тут же ответила Томсен, едва глянув на снимок. — Теперь я могу идти? Мне надо работать.

— Что случилось в Гильменде?

— Вы ехали в такую даль, чтобы спросить меня об этом? А не пробовали обратиться куда-нибудь поближе, в Рюванген например?

— Пробовали. Я хочу услышать то, что скажете вы.

— Мы потеряли трех отличных парней. Всё есть в рапортах и материалах суда.

— Всё?

— Да!

— С вашим отрядом связано три убийства. Мы проводим расследование. Я должна во всем разобраться.

Шведский полицейский вынул изо рта трубку и вытряхнул зловонную смесь в пепельницу на столе.

— Я так думаю, тебе лучше не молчать, Лисбет. Скажи этой дамочке все, что она хочет знать. И тогда мы все сможем пойти по домам.

— Да нечего мне ей говорить! Мы были в дозоре, далеко от базы. Остановились отдохнуть. Потом Рабен сказал, что получил по рации сигнал от другой датской команды. На них напали, и они оказались в ловушке около реки. Мы поняли, что находимся к ним ближе всех.

Впервые за время разговора на ее лице отразились эмоции, и это был нервный, застарелый страх и неуверенность.

— Они находились на вражеской территории. Мы не могли оставить их там. Поэтому попробовали перебраться через реку, но мост был заминирован. — Ее глаза потемнели, глядя куда-то в прошлое. — Бо сидел напротив меня, с автоматом между ног. Когда мина взорвалась, дуло воткнулось ему в горло. Мы потеряли транспорт и тоже оказались отрезанными от наших. — Невидящими глазами она обводила комнату. — По рации никто не отвечал. В километре от моста была деревня, там и находился тот отряд. Рабен решил пойти туда и помочь им. Вместе ждать подмогу.

— А потом?

Томсен шмыгнула носом, посмотрела наконец на Лунд.

— Больше я их не видела. Рабен приказал мне выводить раненого Бо. — На мгновение ее лицо сморщилось в горькой усмешке. — Я ведь женщина, на что еще гожусь?

— Ты сделала все, что смогла, Лисбет, — сказал коп.

— Этого мало. Я перетащила его в соседнюю долину, это пять-шесть километров. Но он не дождался вертолета, умер раньше.

— Но потом, на базе, вы встретились со своей командой, — сказала Лунд. — Они наверняка рассказали вам, что там было.

— Вы разве не читали документы? Их подорвал смертник. Погибло еще двое, Рабена и Грюнера тяжело ранило.

— Местные жители утверждали, что были жертвы и среди гражданского населения. Они обвинили команду Рабена в неоправданной жестокости.

Стальной взгляд Томсен нацелился на Лунд.

— Вы верите в это? — спросила она.

— Я ничего о тех событиях не знаю и поэтому спрашиваю вас.

— Половина местных нас ненавидела. Вторая половина говорила, что на нашей стороне. Беда в том, что никогда не знаешь, с какой половиной имеешь дело. И они переходили из одной половины в другую и обратно чуть ли не каждый день. О неоправданной жестокости мне ничего не известно.

— Кто-то тем не менее так зол на команду Рабена, что стал убивать оставшихся в живых.

Кулак Лисбет Томсен ударил по столу.

— Меня тошнит от вашей трепотни! Мы потеряли троих солдат. Они были моими друзьями. Хорошими людьми. Мужьями и отцами. Обвинения против них сняли!

— Томсен…

— Нет! Не хочу больше ничего слушать! Рабен, Мюг, Грюнер… они рисковали жизнью на войне. Пока люди вроде вас сидели в Копенгагене в своих теплых кабинетах и думали о том, что бы заказать на обед. Не смейте говорить о них всякие гадости. Не смейте!

— Ладно, ладно. — Лунд закрыла свой блокнот, хотя вопросы у нее еще оставались.

— Нет! — взвилась Томсен. — Не ладно! Мы гибли в том аду, выполняя приказ, а когда вернулись, нас же и обвинили в этом.

— Успокойся, Лисбет, — попробовал утихомирить ее старый швед. — Ей надо задать вопросы, только и всего…

— Там не было другой команды, — сказала Лунд.

Глаза Томсен сузились.

— Что? Ведь Рабен сказал нам, — закричала она, снова ударив кулаком по столу. — Он получил сообщение по рации…

— Все официальные отчеты подтверждают, что в тот день в районе, кроме вас, не было ни датских подразделений, ни других частей НАТО, — твердо проговорила Лунд. — Там были только вы.

— Хватит. — Томсен обхватила себя за плечи и опустила голову.

— Мы приехали сюда ради вашей безопасности. Думаю, вы и сами все понимаете. Ведь не просто так вы здесь прячетесь.

Шеф островной полиции слушал с нарастающим интересом.

— Прячусь? — воскликнула Томсен. — Я здесь живу, а не прячусь.