Читаем У черты полностью

Глеб потянул ее к «Хаммеру», стараясь не касаться пораженной рукой. Бежать пришлось вдоль автобусного борта, и опять какая-то тень мелькнула за темными стеклами. Опять недобрый взгляд заставил ежиться.

Рамзес выскочил, наконец, из-за громады «Мерседеса» на дорогу и споткнулся. Инга судорожно ухватилась за его плечи.

«Хаммер» исчез.

4

- Давай будем реалистами, - в который раз повторила Инга. – Участковый проснулся, сел за руль и поехал.

- Давай будем реалистами, - соглашался Рамзес, – и не будем строить дурацких… хм… необоснованных предположений.

Они шагали друг за другом по обочине, выдерживая дистанцию и меняясь каждые двести метров. Рамзес оставался начеку, даже когда шел ведомым. Особых иллюзий насчет сканера аномалий он не питал, железка она и есть железка, а Стриж выглядела подавленной, как ни храбрилась, и думала совсем не о дороге.

Рамзеса тоже выбило из колеи приключение в автобусе. Так Зона еще не встречала сталкера. Обычно все начиналось с не шибко опасного марш-броска, а вовсе не с инфернальных детских рыданий.

Ходоков обгоняли длинные тени, солнце за их плечами стремительно падало на горизонт. Наступали сумерки, самое опасное время суток, когда Зона еще не притаилась на ночь, но уже куталась в темноту, как в маскхалат. Придорожные заросли растворились на фоне неба; кто там, что там - одному богу известно.

- Тогда зачем мы идем? – спросила Инга. – «Хаммер» пропал, участкового Зона сожрала. Жалко… как это?.. с общечеловеческой точки зрения, но ничего не попишешь. Давай вернемся к нашему плану и свернем к Норе.

Рамзес не ответил. Что тут скажешь? Рюкзак ты, красавица, бросила в машине. Там же остались аптечки, консервы, и, главное, вода. Или ты из лужи пить собираешься?

- Трудно, конечно, без воды и продуктов, - явила проницательность Инга. – Но до Норы идти несколько часов. Неужели умрем от жажды?

«Задачки решаем, километры считаем? – усмехнулся Глеб. - Первый сталкер вышел из пункта А со скоростью два километра в день. Из пункта Б – второй, со скоростью… Неважно какой, хоть реактивного самолета! Вопрос, смогут ли они вернуться, однозначного ответа не имеет».

- Не подходит, - охладил ее пыл Рамзес. – Представь, что Нора разорена волной. Что тогда?

- Тогда мы отнимем у кого-нибудь еду или умрем. Предлагаю решать это на месте.

- Я уже решил. Если через час, максимум два, мы не найдем «Хаммер», ты поворачиваешь обратно на блокпост.

- Я? А ты?!

- На смерть я тебя не поведу, - отрезал Рамзес. – Что я? Я давно умер, как сказала… один человек. Мне второй раз умереть не страшно.

- Хорошая у тебя подруга, чуткая! – съязвила девушка. – С ума сойти! Так и ляпнула – умер?

- Замолчи!

Инга, она шла впереди, мельком обернулась и попросила:

- Прости! Я не хотела тебя обидеть.

- Дорогу смотри!

- Я смотрю, - кротко ответила Стриж. – Не кричи, пожалуйста.

- Я не кричу.

- Кричишь!

Сталкер только зубами скрипнул, нагоняя.

- Меняемся, - приказал он.

И следующие три сотни метров шел ведущим, не обращая внимания на виноватое сопенье за спиной. Придет в себя и спросит об автобусе, решил Глеб. Не сможет не спросить.

- Рамзес, - прервала молчание Инга. – Как ты думаешь?..

- Головой, - неловко съязвил Рамзес. – Отвечаю: Зона его знает, что это было. Я не знаю.

- И что теперь? – рассердилась Стриж.

- Ничего. Прими к сведению, что в тылу осталось нечто смертельно опасное.

Стриж некоторое время молчала.

- У тебя дети есть? – спросила она неожиданно.

- При чем здесь?..

- Не могу слышать как ребенок плачет, - призналась Инга. – Сразу… как это?.. вылетаю с катушек. У меня сложилось впечатление, что это была атака на слабые места в нашей психике.

- Это неправильное впечатление.

- Почему?

- Потому что правильных впечатлений о Зоне не бывает. Правильные –  значит по правилам. А правил никто не знает.

- И ты?

- Я тем более.

Стриж опять помолчала.

- Про детей так и не ответил…

- Нет у меня детей! – рявкнул Глеб и подумал:

«Надеюсь. Страшно представить, какие у меня могут быть дети!»

- Опять кричишь…

Рамзес остановился. Стриж продолжала опасливо шагать, пока не оказалась в трех шагах.

- «Хаммер» впереди, - сказал Глеб. – Видишь?

Стриж, как ни всматривалась, ничего не видела в густых сумерках.

- Почему мы стоим?

- Он не один, - Рамзес излучал могильное спокойствие. – На обочине автобус.

Инга перехватила висящий на груди «Тигр», взяла наизготовку.

- Если там тоже будет чертовщина, я стреляю!

Рамзес не стал говорить, что по его ощущениям это тот самый автобус. То ли обогнал их чудным образом, то ли они сами, завороженные, ходят по кругу.

Сталкер беззвучно двинулся вперед. Инга старалась не отставать, с досадой понимая, что выдает себя шагами. Она увидела громаду автобуса на обочине. Черная гора без единого огня, освещенная только последними отблесками солнца. Рядом с ней проявился «Хаммер», почти незаметный из-за камуфляжа. Он стоял капотом вровень автобусному бамперу, с погашенными огнями и заглушенным двигателем.

Этого Рамзес и опасался: Зона не одобряла моторов! Мертвый автобус на обочине, «Хаммер», дотянувший до того же рубежа, и тоже заглохший…