Глава 42

«Ну Привет Белоснежка. Как дела? Давно не получал от тебя сообщения.»

— У меня все хорошо, работаю, а ты как?

«В норме. Знаешь, я удалил свой аккаунт и прямо сейчас менял этот номер»

— Но мне же ответил.

«Зачем ты мне написала?»

Я снова пишу анониму, виртуальному собеседнику, незнакомому мужчине после длительного молчания. Что если в переписке это его маска и человек, скрывающий за ней, не такой идеальный. Что, если он так разводит девушек на сайте, красивыми словами привлекая их к себе. А потом пропадает, меняет номер и бедняжки в одиночестве и полной зависимости страдают от этих несуществующих отношений!?

Но мне было все равно, ответит он или нет, удалил он страничку или просто обижен.

Я работала сутками так, чтобы выжать себя до последнего и ночами не думать о Давиде. Писала Диме полнейшую чушь, перескакивала с темы на тему и много ревела в подушку.

Я страдала.

Рядом с ним не высчитывала дни и не думала о задержке, а беременность была еще тогда и тест был бракованный, только теперь ничего назад не вернуть.

Я была с ним не из-за ребенка.

Давида я полюбила.

Когда он ушёл, я месяц не понимала почему мне так плохо и продолжает тошнить. Еще никогда я не чувствовала себя такой слабой, могла заснуть за столом или швейной машинкой, в автобусе я отключалась.

А однажды утром наткнулась в социальных сетях на всплывающее уведомление и ноги подкосились, рухнула на кровать и трясущимися руками пыталась перелистнуть страницу. Но как назло пальцы не слушались и перед глазами расплывалась фотография.

Уверенная поза парня в рубашке с закатанными рукавами, где виднеется еще более широкий чёрный рисунок, плюсом одно тату на его гладкой коже. Распахнутый воротник и несколько небрежно расстегнутых пуговиц открывают твердую грудь, такую знакомую, ту, к которой я прижималась и дышала так часто. Мне больно, но я поднимаю взгляд на Давида. Все такой же.

Идеальный, красивый мужчина. Уже не мальчишка, это только я своими глазами так видела.

Упирается рукой на чужое женское бедро и я смотреть не могу на детали.

Три девушки в огромной машине облепили парня, полуголые девушки, справа в кадре я вижу Лилю и мне особенно плохо. На её бедро он опирается.

Шумит в голове, плывёт перед глазами и я часто моргаю.

Развлекается.

Закрыла вкладку и на трясущихся ногах поднялась, только рухнула сразу подкошенная от резкого головокружения.

Это видимо было последней каплей в пучине моего страдания, в потери аппетита и едкое разлилось в груди.

И почувствовала эту теплоту по ногам. Горячую, мокрую с непередаваемым запахом железа и ужаса. Я еще не озвучивала, что видела, но ясно осознавала.

Потянулась, потрогала. Кровь. Никакой боли не ощущая, я медленно дошла до коридора за средствами гигиены, оставляя за собой кровавый след на полу.

Нет, я понимала, что это такое, но просто чувства притупились и я механически собралась и пошла в ближайшую больницу.

Хотя, может нужно было скорую вызвать?

А вдруг бы я не дошла?

Знаете, как в фильмах бывают показывают, как у героини начинается выкидыш и она падает в обморок от боли.

У меня ничего.

Подсчитала в уме — два месяца не было месячных. Почему я важного не замечала?

В отделение зашла в приёмный покой, народу много, очень. Беременных много, молодых девушек.

Объяснила в смотровой ситуацию, сказали нужно немного подождать.

Врывается женщина в кабинет и начинает кричать на меня, ведь я без очереди влезла. Равнодушно выслушиваю чужие крики про то, что она пришла в плановом порядке ложится на госпитализацию, которая к слову будет только завтра, она не хотела ждать пока меня оформят всего лишь тридцать минут.

Что очередная шалава пришла на аборт, а ей надо срочно.

Да, я не похожа на беременную, без живота, бледная и худая.

Смотрела на неё, на незнакомую женщину в красном платье с пакетом в руках и постепенно я оживала.

Обида, страх и боль плескались в груди. И я нахамила в ответ, когда подобного никогда не умела. Заткнула её с полуслова.

Меня осмотрели и подтвердили беременность семь недель. Которой, по глупости, я чуть не лишилась.

Сейчас уже одиннадцать недель моим малышам. Два сердечка, две моих крошечки.

Глава 43

Пишу Диме и понимаю — соскучилась.

Размышляя на эту тему я ясно осознавала, что человек, скрывающей за монитором, не интересует меня в романическом плане, его я сама в голове хорошим слепила и этот образ он был притягательным, манящим и идеальным, как нечно недоступное для меня.

Задумываясь над вопросом, хотела ли посмотреть на него вживую, встретиться лицом к лицу.

Нет.

И он тоже — нет.

Я не врала и не скрывала от Димы правду, да и зачем? Это и было самым важным в моих сообщениях ему.

Да и зачем лгать человеку, которого никогда не увидишь?

Однажды, в самом начале, я завалила его вопросами о реальной жизни и выпрашивала фотографии.

«Меня видеть тебе не нужно, просто не надо и не только от разочарования в своих представлениях, а потому что это ни к чему не приведёт. Так зачем убивать эту роскошь — быть со мной собой, хотя бы так, без стеснения и страха показаться ранимой и настоящей»