Внезапно успокаиваюсь и уже все равно. Обреченно как-то отвечаю на вопросы, я его уже отпустила..

— У меня будет малыш, за которого буду нести ответственность, нужна буду я и моя поддержка, он меня будет любить несмотря ни на что!

— А в твоей жизни есть человек, который любит тебя несмотря ни на что? Поддерживает тебя? Гордится тобой?

— Мама, наверное… к чему эти вопросы?

— Ты не отнесла к этой категории меня, не находишь? Со стороны это выглядит так, что ты эгоистично хочешь использовать ребёнка, чтобы получит от него эмоции, которых тебе не хватает и только брать от него то, что бы совсем уж не скиснуть в одиночестве. А какого будет ему, ты не подумала? Ты не реализовала свои мечты и отступила, забросила их и решила искать себя в материнстве?

Я молчу.

— Тебе нужен не мужчина, а донор спермы, и не просто так… из пробирки, а чтоб тебе был симпатичен? И в чем кайф рожать от первого встречного? Ты сразу ясно дала понять, что хочешь рожать не от любимого мужчины, а донора.

— Что ты хочешь?! Услышать, что да?

— Ну вот ты родишь и дальше что?! На что жить будешь?

— Не волнуйся, справлюсь. Как-то справлялась же без тебя.

— Я хотел с тобой семью и хочу. Но поэтапно, сечешь? — Давид касается нежно рукой мои волосы и перебрасывает на другую сторону, чтобы уткнуться носом мне в шею, пуская мурашки по коже. — Я рассматривал рождение ребёнка в будущем, но тебе нужно здесь и сейчас.

— И хочу сказать, что ребёнок на второй месяц отношений это не то, что нам поможет лучше понимать друг друга.

— А с чего ты решил, что кроме ребёнка мне еще что-то нужно?!

Оглушающая тишина, только слышу свои громкие удары в груди. Туук-тук, сердце бьётся, я это сказала. Оттолкнула его, смогла..

— Ясно. Не нужен я, значит?

Отпускает, отходит.

Что, не будешь бороться!? Оборачиваюсь и натыкаюсь на пустой и равнодушный взгляд голубых глаз, даже кожа его лица побелела.

— Да! Зачем мне ты, безответственный мальчишка, который даже помочь мне не смог! Уходи.

— Я уйду, но напоследок тебя поимею.

Глава 41

Что?!

Не этого я ожидала.

Иду на кухню и наливаю стакан воды.

Давид резво подхватывает меня на руки и сажает на стол. Далеко ходить не надо, что было под рукой, туда и закинул.

Без эмоций и отстраненно стягивает мою пижамную майку.

В дрожь бросает.

— Ты серьезно сейчас? После всех этих слов хочешь заняться любовью?!

— Нет. Не любовью. Хочу тебя трахнуть.

— Отпусти.

Пытаюсь отпихнуть парня и слезть со стола. Дикость какая.

Почему-то жутко неловко от его слов. Я в недоумении. Ожидала, что парень молча уйдет или будет на меня кричать. Но не этого холодного, даже чужого мужчину, который уже стянул с меня майку и также беспечно взялся за шорты.

Стискиваю бедра, чтобы помешать парню и руками прячу голую грудь. Он сошёл с ума?!

На мгновение он останавливается, упирается руками возле моих бедер и склоняется лицом вниз.

— Ты меня разозлила, не вынуждай меня быть грубее с тобой, мне этого не хочется.

Я напрягаюсь от его слов и голоса, такого равнодушного и пустого. Обычно я могу различить у него сотни эмоций, а в этот момент только безразличие и. больше ничего.

— Я не хочу! Не трогай!

Поднял голову и волосы упали на глаза. Сквозь них смотрю на его зрачки, поражаясь их чернотой.

Да что с ним не так.

— Ты меня. пугаешь, — запнулась и прошептала.

Моргнул один раз и спустился взглядом на губы мои, разрывая контакт.

— Не бойся. Просто раздвинь ноги. Как обычно.

— Нет!

Снова пытаюсь слезть со стола. Руки опускаю с груди и Давид проворно ухватив за бедра, все-таки сдёргивает шорты.

В ужасе отталкиваюсь и съезжаю по столешнице попой в одних трусиках, все тело дрожит от волнения и голова кружится от непонимания. Тошнота вновь накатывает, а тело слабеет.

Давид даже не смотрит мне в лицо, а быстрым движением опрокидывает на спину и подтягивает меня ближе к краю.

Страшно невыносимо. От перемены такой, с таким хладнокровием я прежде не сталкивалась.

— Не надо так со мной, пожалуйста. Давид… — у меня нет сил даже закончить фразу, словно это поразило меня настолько, что я упаду сейчас в обморок. Парень сгибает мои колени и разводит в стороны, ставя ступнями на стол, отчего не привыкшая к такой растяжке я непроизвольно ахаю и выгибаюсь в спине.

— Лежи, больно не будет. Обещаю.

Ага.

Только мне уже больно от мыслей, что любимый мужчина способен применить силу ко мне, когда я не согласна и не хочу. Даже в бешеном порыве и ненависти, после тех слов, что наговорила ему.

Я продолжаю лежать на спине, на жёсткой поверхности, толко коленки трясутся и слышу, как мелко бьётся моё тело о стол. Так меня сотрясает.

Давид ничего не делает, прикрыв глаза он смотрит куда-то вниз между моих ног на трусы, поднимает голову и говорит:

— Ты боишься меня?

Зрительный контакт раздирает меня. В глазах парня столько боли, что мои мгновенно наполняются слезами. Я не хотела все этого, жестоких слов. Это я его довела?!

— Боюсь.

Я просто хотела его отпустить.

— Ты не сопротивляешься.

Хмурится, разглядывая меня, лежащую перед ним неподвижно. Касается бедра и ведет пальцем вниз, к животу. Я втягиваюсь вся, от малейшего движения стол скрипит.