Читаем Цветы Персефоны полностью

– Боже мой! Где вы пропадали? – Лицо матери Алекса буквально окаменело, когда она открыла дверь. Ее сын и Анна выглядели так, будто вывалялись в куче навоза. Пахли они соответственно, а кровь из разбитой губы испачкала свитер Алекса.

Сообразительный Алекс понял, что мама начнет задавать вопросы, схватил Анну за руку и бросился в дом. Девушка, покраснев, смогла лишь робко поприветствовать его маму.

– Добрый вечер, госпожа Льоренс.

– Но что… – Женщине пришлось отойти в сторону, чтобы пропустить столь стремительно ворвавшихся в квартиру подростков.

Моргая, она ошеломленно следила за ними глазами, пока они неслись на второй этаж, не в силах отреагировать. Мужской голос с любопытным иностранным акцентом вывел ее из задумчивости.

– Я думаю, что смогу ответить на ваши вопросы.

Мать Алекса почувствовала внезапный прилив сил. Не потому, что она была удивлена присутствию незнакомца, стоящего в дверях ее дома, а потому, что – даже если ей было стыдно признаться в этом – его появление заставило понять, что она, похоже, не готова к гостям. Тем более к гостям мужского пола. При этой мысли ее охватило смущение, но взгляд изумрудных глаз, впившихся в ее лицо, высеченное в стиле флорентийских скульптур, ошеломил ее. Неосознанным жестом она поднесла руку к волосам, стянутым в хвост, и мельком взглянула на себя в зеркало, висевшее на стене рядом с винтажной вешалкой, с ужасом вспомнив, что всего час назад, придя домой, она сбросила пиджак, приняла расслабляющий душ и переоделась в повседневную футболку и мешковатые спортивные штаны. Было очевидно, что ее застали не в самом лучшем виде, хотя она утешилась мыслью, что, по крайней мере, так она выглядит моложе.

– Извините, я боюсь… – начала она.

Со второго этажа, на верхней площадке лестницы, на короткое мгновение показалась голова Алекса.

– Мама, нас проводил профессор Селкаре из нашей школы. И, кстати, можешь одолжить Анне какую-нибудь одежду?

– О, простите, – извинилась мама Алекса, протягивая бледную, тонкую руку, которую мужчина изящно и по-рыцарски пожал. Профессор чувствовал себя неловко из-за того, что поставил женщину в тупик.

– Не стоит извиняться, мэм…

– Льоренс, Белинда Льоренс. Пожалуйста, входите, не стойте на пороге. Входите и попытайтесь объяснить, что на этот раз натворил мой бесстыжий сын.

Профессор искренне и прозрачно улыбнулся красивыми губами, показав идеальные зубы. Одна из тех улыбок, которые могут воодушевить целую армию. И именно это ему удалось сделать с матерью Алекса.

Профессор прошел через фойе. Слева была гостиная, большое помещение, просто и элегантно оформленное, с мебелью из тонкого дерева и несколькими современными деталями: большой светодиодный экран и ноутбук на красивом стеклянном столе. На стенах висело несколько картин с деревенскими пейзажами, которые вместе с камином и потрескивающими в нем поленьями создавали теплую и уютную атмосферу.

Мать Алекса поспешила закрыть компьютер.

– Я работала, – застенчиво произнесла она.

– Не волнуйтесь, я не отниму у вас много времени. Я посчитал своим долгом проводить Алекса и Анну домой, чтобы они были в безопасности.

– Что с ними случилось? – Она совсем забыла о ребятах. Присутствие этого человека, казалось, отнимало любую энергию, кроме той, которую он сам проецировал. С другой стороны, его слова, вместо того чтобы успокоить ее, вызвали внезапное беспокойство.

Профессор в кратких, размеренных фразах объяснил, что произошло этим вечером между Романом, его сообщниками и ребятами, стараясь не слишком встревожить женщину, что оказалось более трудной и сложной задачей, чем он предполагал. Через несколько минут он решил, что все под контролем.

– И на этом все закончилось. Уверен, они больше не побеспокоят вас.

– Как это возможно? Эти люди сумасшедшие и…

– Поверьте, это так. – Твердость, с которой он произнес эти слова, окончательно успокоила женщину, которая вдруг прижала руки к лицу, чтобы скрыть слезы.

Профессор встал и, улыбаясь, протянул ей белоснежный носовой платок. Белинда несколько раз всхлипнула и вытерла слезы, опустошенная рассказом гостя.

– Простите, – оправдывалась она. – С тех пор как несколько месяцев назад умер его отец, у меня, похоже, не хватает сил справляться со всеми своими обязанностями. И дело не в том, что Алекс ведет себя плохо, вовсе нет, я считаю его зрелым и уверенным в себе молодым человеком, но когда происходят подобные вещи, я ломаюсь и вижу в нем лишь беспомощного ребенка, которого не могу защитить.

– Понимаю, – сказал профессор, стараясь быть искренним. – Вам не о чем беспокоиться. Правда, я почти не знаю вашего сына. – Он не стал говорить ей, что только в этот вечер они впервые обменялись несколькими фразами. – Но думаю, у него достаточно сил, чтобы самому постоять за себя перед лицом жизненных невзгод.

– Мама! – Алекс снова окликнул ее сверху. – Ты нашла одежду для Анны?

– Ну, – пожал плечами профессор, – есть проблемы, у которых нет решения.

– Простите, – покраснела Белинда, удивляясь самой себе, почему ей так неловко перед гостем. – Я сейчас вернусь. Вы ведь будете кофе?