Как раз тогда Ганнибал расположился лагерем у стен Рима.

В тот же вечер поле, на котором карфагенский полководец стоял лагерем, было выставлено на торги, и покупатели, как известно, явились на них толпой.

Ну и что, вероятнее всего, послужило колыбелью этого культа?

Индия.

Индия, таинственная праматерь человечества, избравшая своим символом кормящую корову.

Индия считала вселенную порождением двух начал: мужского и женского.

Приняв это первое положение, неизбежно задаешься вопросом: в том исходном действии, которое породило вселенную, какое начало было подчинено другому? Какая сущность оказалась рангом ниже?

Мужское начало шло впереди женского, или, напротив, женское начало шло впереди мужского? И какое из двух начал, мужское или женское, было влиятельней в том действии, какое они совершили, порождая мир?

Был ли это Ишвара, как зовется мужское начало? Или же это была Пракрити, как зовется женское начало?

Кого из них упоминать первым во время прилюдных жертвоприношений, в религиозных гимнах и в обычных молитвах?

Разделять или смешивать культы, которые им воздают?

Должно ли мужское начало иметь жертвенник, где ему будут поклоняться мужчины?

А женское начало — другой жертвенник, где ему будут поклоняться женщины?

Или же, наконец, они должны иметь общий жертвенник, где им будут поклоняться и мужчины, и женщины?

Не надо забывать, что в то время индийская держава занимала огромную часть земного пространства.

Жречество, которое понуждали выполнять свои обязанности, должно было высказаться в пользу того или другого ответа на эти вопросы.

И оно высказалось в пользу мужского начала; оно установило его первенство над женским началом и провозгласило преобладание мужского пола над женским.

Но существовали миллионы сторонников противоположного воззрения.

Жречество было вынуждено защищать решение, принятое вопреки их возражениям.

Пришлось применить силу, и закон придал ей величие.

Сторонники женского начала были побеждены, но они стали жаловаться на тиранию.

В подобных обстоятельствах неизбежно должен был появиться повод к мятежу.

И такой повод появился.

Полистайте «Сканду-пурану» и «Брахманду», и вы прочтете там, как два царевича из правящей династии, сыновья царя Угры, не смогли, как позднее Этеокл и Полиник, договориться друг с другом, чтобы править вместе, и разделили индийскую державу.

Старшего звали Таракья, младшего — Иршу.

Старший, полагая, что ему следует призвать на помощь себе религию, заявил, что он безоговорочно принимает своим богом Ишвару, то есть мужское начало.

Младший во всеуслышание высказался за Пракрити, то есть женское начало.

На сторону старшего брата встали все жрецы, положение которых он укрепил своим заявлением, высшие сановники, богатые землевладельцы, ремесленники и все, кто от них зависел.

За младшего выступили низшие сословия, батраки, неимущие и все, кто был так или иначе близок к ним.

Вот почему сторонники Иршу получили название паллисы — санскритское слово, означающее «пастухи».

Эти паллисы, эти пастухи, эти сторонники Иршу, взяли себе в качестве эмблемы, в качестве знамени, в качестве штандарта женскую сущность, являвшуюся символом их культа; на санскрите женская сущность именуется йони.

Вот откуда у них два имени:

первое, связанное с их общественным положением, — паллисы, пастухи и, наконец, пастыри, имя, благодаря которому они станут известны в истории и под которым совершат свое вторжение в Египет, Персию и Иудею, дав этой последней стране имя Паллистан, впоследствии переделанное нами в Палестину;

и второе, связанное с их верой, — йониясы, иониои, то есть ионийцы, имя, под которым они заселят побережья Малой Азии и часть Греции.

Вот почему, по таинственному совпадению с их символом, йони, их знамя имело красный цвет.

Вот почему пурпур, который покупали в Тире, был символом верховной власти.

Вот почему голубка, птица Венеры, звалась йона.

Вот почему все мягкие, нежные, женственные новшества были заимствованы из Ионии, само название которой невероятно нежно и женственно.

Вот почему, наконец, в Нижнем Египте, у вавилонян и у фригийцев женское начало главенствует над мужским, называясь богиней Изидой у жителей Фиваиды, богиней Милидатой у вавилонян и, наконец, богиней Кибелой во Фригии, а затем, в Риме, богиней Ма, Благой Матерью, Доброй Богиней.

Да простят нам это небольшое отступление, которое стоило нам определенного труда и которое по этой причине мы с полным доверием отдаем на обсуждение знатокам мифологии.

Ну а теперь, что же происходило на этих праздниках, посвященных Доброй Богине?

XXV

Что происходило на этих праздниках, посвященных Доброй Богине, сказать трудно.

Мужчинам категорически запрещалось проникать на них, а женщины, по всей вероятности, были заинтересованы в соблюдении тайны.

Одни уверяли, что там предавались непристойным пляскам, другие — что там устраивали фаллические радения, напоминавшие те, что некогда совершались в Фивах и Мемфисе.

Ювенал выражается яснее; к нему мы и отсылаем наших читателей, предупреждая их, тем не менее, что Ювенал, как и Буало, ненавидел женщин.