Читаем Цезарь полностью

«Лучше бы мне было быть тогда не в Испании, а в Формиях, когда ты выезжал к Помпею! О, если бы либо Аппий Клавдий был на этой стороне, либо на той стороне Гай Курион, дружба с которым понемногу и вовлекла меня в это гибельное дело! Ведь здравый ум у меня, я чувствую, отнят гневом и любовью…И я говорю такое не потому, что не верю в это дело; верь мне, лучше погибнуть, чем видеть этих.

Итак, если бы не было страха перед вашей жестокостью, мы уже давно были бы выброшены отсюда; ведь, кроме немногих ростовщиков, здесь теперь нет ни человека, ни сословия, которые бы не были помпеянцами. Со своей стороны, я уже добился, чтобы особенно чернь, а также народ, который ранее был нашим, были вашими. "Почему это?" — скажешь ты. Нет, послушай остальное. Я вас заставлю победить против вашего желания. Вы удивляетесь, видя меня Катоном? Вы спите и, мне кажется, до сего времени не понимаете, где мы не защищены и где мы слабы. И я делаю это без всякой надежды на награду, но — что обычно оказывает на меня наибольшее действие — от скорби и негодования. Что вы там делаете? Ждете сражения, — а в этом он очень силен. Ваших войск я не знаю. Наши привыкли очень жестоко биться и легко переносить холод и голод».[124]

Я уже говорил вам, что Целий был умным человеком. Предугадав, что Цезарь захватит Испанию, он предсказал теперь, что Цезарь разобьет Помпея.

Однако это не мешает ему, настолько он мстителен, объявить войну Цезарю.

Внезапно в лагере Цезаря становится известно, что друг Целий бесчинствует в Риме.

Для начала он ставит свое судейское кресло рядом с креслом другого претора, Гая Требония, в обязанности которого входило вершить суд над гражданами, а затем объявляет, что будет принимать жалобы от должников, недовольных приговором третейских судей и распоряжениями Цезаря.

Никто не обращается к нему с жалобами.

Тогда Целий предлагает издать указ, который позволил бы должникам рассчитаться с долгами посредством шести ежегодных выплат и без всяких процентов.

Однако консул Сервилий Исаврийский, которого Цезарь оставил взамен себя в Риме, выступает против этой меры.

И что делает Целий?

Он отзывает свой первый указ и провозглашает два новых, в надежде вызвать бунт.

Но никакого бунта не происходит: народ даже не пошевелился.

Однако Целию нужен мятеж, и вот что он придумал.

Пока будет длиться война, съемщики жилья освобождаются от обязанности вносить квартирную плату.

О, на сей раз съемщики начинают одобрительно кричать; все собираются на Форуме, и происходит, как тогда говорили, возмущение.

Во время этого возмущения Требония стаскивают вниз с судейского возвышения, и, упав на ступеньки, он разбивает себе голову.

Вмешивается консул; он подготавливает доклад, и Целия изгоняют из сената.

Целий хочет произнести перед народом речь и поднимается на трибуну, но ликторы заставляют его спуститься с нее.

Целий кричит во весь голос, что он отправится к Цезарю и пожалуется ему, и при этом тайно посылает гонца к Милону, чтобы тот вместе со всеми недовольными, каких ему удастся собрать, прибыл в Италию.

Вы ведь помните Милона, который сослан в Марсель и поедает там барабулек?

Милон набирает около сотни человек и вступает в Италию.

Целий присоединяется к нему с несколькими гладиаторами, которые остались у него после проведенных им игр, и уже вдвоем они начинают молоть всякий вздор, рассылая повсюду сообщения, что действуют от имени Помпея и имеют на руках его приказ, доставленный им Бибулом.

Заметьте, что Бибул к тому времени уже умер, но им это неизвестно.

Они объявляют об отмене долгов, но на бунт это никого не подвигает.

Милон освобождает нескольких рабов и с их помощью начинает осаду города Компса в Калабрии.

Он погибает от удара камнем, который бросил со стены претор Квинт Педий, укрывшийся с легионом в этом городе.

Что же касается Целия, то он намеревается взять в осаду город Турии.

Перейти на страницу:

Все книги серии Дюма, Александр. Собрание сочинений в 87 томах

Похожие книги

Хмель
Хмель

Роман «Хмель» – первая часть знаменитой трилогии «Сказания о людях тайги», прославившей имя русского советского писателя Алексея Черкасова. Созданию романа предшествовала удивительная история: загадочное письмо, полученное Черкасовым в 1941 г., «написанное с буквой ять, с фитой, ижицей, прямым, окаменелым почерком», послужило поводом для знакомства с лично видевшей Наполеона 136-летней бабушкой Ефимией. Ее рассказы легли в основу сюжета первой книги «Сказаний».В глубине Сибири обосновалась старообрядческая община старца Филарета, куда волею случая попадает мичман Лопарев – бежавший с каторги участник восстания декабристов. В общине царят суровые законы, и жизнь здесь по плечу лишь сильным духом…Годы идут, сменяются поколения, и вот уже на фоне исторических катаклизмов начала XX в. проживают свои судьбы потомки героев первой части романа. Унаследовав фамильные черты, многие из них утратили память рода…

Николай Алексеевич Ивеншев , Алексей Тимофеевич Черкасов

Проза / Историческая проза / Классическая проза ХX века / Современная русская и зарубежная проза / Современная проза
Крестный путь
Крестный путь

Владимир Личутин впервые в современной прозе обращается к теме русского религиозного раскола - этой национальной драме, что постигла Русь в XVII веке и сопровождает русский народ и поныне.Роман этот необычайно актуален: из далекого прошлого наши предки предупреждают нас, взывая к добру, ограждают от возможных бедствий, напоминают о славных страницах истории российской, когда «... в какой-нибудь десяток лет Русь неслыханно обросла землями и вновь стала великою».Роман «Раскол», издаваемый в 3-х книгах: «Венчание на царство», «Крестный путь» и «Вознесение», отличается остросюжетным, напряженным действием, точно передающим дух времени, колорит истории, характеры реальных исторических лиц - протопопа Аввакума, патриарха Никона.Читателя ожидает погружение в живописный мир русского быта и образов XVII века.

Дафна дю Морье , Сергей Иванович Кравченко , Хосемария Эскрива , Владимир Владимирович Личутин

Проза / Историческая проза / Современная русская и зарубежная проза / Религия, религиозная литература / Современная проза