Читаем Цена моей девственности полностью

Мы сели за стол, я пригубила вино. Неожиданно оно оказалось очень вкусным: мягкий, сладковато-терпкий аромат…

– Мистер Донован, – обратилась я к нему.

– Зачем же так официально? Теперь ты можешь называть меня просто Нэйт.

Я смутилась, и поняла, что его это веселит.

– Нэйт, – послушно повторила я, – пожалуйста, не нужно больше заказывать меня в клубе. Я там больше не работаю. И, откровенно говоря, слишком устаю на работе, чтобы ночью куда-то тянуться.

– Тогда почему ты не отказалась? – он удивлённо вскинул брови.

Я усмехнулась.

– Когда в твой дом среди ночи вламываются мордовороты Смита, желание отказываться сразу пропадает.

Я, конечно, немного погрешила против истины. Называть Боба «мордоворотом» я бы не стала, да и приехал он ко мне один, и не вламывался, а позвонил в дверь. Но мистеру Доновану следует понять, что его внимание ко мне в клубе сулит мне исключительно неприятности.

– Извини, – сказал он теперь уже серьёзно. – Захотелось тебя увидеть, а никаких других контактов у меня нет.

– Я оставлю вам номер, раз уж так. – Сказала я, прожевав вкуснейшую канапешку. Кто бы тут ни готовил, делает он это отменно.

– Меня бы это очень порадовало, – в тоне Донована слышалась ирония.

– И ещё, – сказала я, отложив приборы. Мне было важно, чтобы он меня услышал. И правильно понял. – Я не проститутка. И не собиралась, и не собираюсь ею быть. Если вы рассчитываете на секс, лучше уж вам поискать для этого другую девушку.

Он нахмурился и в его глазах промелькнул холодный блеск. И я поспешила его успокоить.

– Конечно, я не имею в виду эту ночь. За нее вы заплатили. Но в дальнейшем, думаю, нам не стоит…

– Так они тебя заставили? – теперь его тон был ледяным, но я поняла, что злится он не на меня.

Он смотрел на меня напряжённо и явно ждал ответа.

– Чёртов Смит заставил тебя пойти со мной? – повторил он свой вопрос.

Я вздохнула. Правильного ответа на этот вопрос не существовало.

– Послушайте, мистер Донован… ну, то есть… Нэйт. Пожалуйста, не нужно обсуждать это со Смитом.

– Обсуждать? Да я его…

– Не надо. Потому что неприятности в любом случае будут у меня. А я не хочу неприятностей. Я просто хочу, чтобы эта история скорее закончилась. И я бы вернулась к своей нормальной жизни. А если Смит что-то такое узнает, для меня она не закончится никогда, или закончится очень плохо – для меня и моих близких.

Я видела, что он всё ещё пышет гневом, но, кажется, мои доводы до него дошли. Во всяком случае, очень на это надеялась.

– Если ты не хочешь здесь находиться, – сказал наконец он после долгой паузы, – я вызову тебе такси.

Он ждал ответа, а я не знала, что сказать.

Самым правильным, конечно, было бы уехать. Раз уж представилась такая возможность. Хотела ли я этого? Скорее всего, нет.

Уже сейчас, сидя напротив Донована и потягивая вино, я думала: каково это будет – скользнуть рукой по его горячей коже, ощутить его дыхание у себя на щеке… С другой стороны, наша совместная история в любом случае закончится этой ночью.

Так есть ли смысл?

Но было ещё кое-что, что склоняло меня в остаться.

Если я уйду, улизну при первой же возможности – он решит, что секс с ним и вообще он сам мне скорее неприятен. И уж точно уверится в мысли, что я пошла сюда против своей воли.

Оскорблённое самолюбие, неудовлетворённое желание, слегка разбавленное алкоголем – и вот уже я представляла, как он вламывается в клуб и устраивает скандал Смиту.

А тот находит способ со мной посчитаться.

– Я хочу остаться, – твёрдо ответила я.

И уже через несколько минут мы оказались в его спальне.

Я, глядя на него как кролик на удава, потянула майку вверх, собираясь ее снять. Но он не позволил, привлек меня к себе и накрыл свои губы моими.

Его губы были грубыми, жесткими. Они не просили, а требовали, и я с готовностью подчинялась. Этот поцелуй был настолько неожиданным…

Слишком интимно. Слишком близко. Меня разом накрыла волна возбуждения.

Теперь уже я торопилась…Мои пальцы, дрожа, расстегивали пуговицы на его рубашке. Наконец, с ними было покончено, он слегка отстранился и скинул рубашку, прижав меня к своей обнаженной груди.

Прикосновение к его коже было подобно электрическому разряду. Я выгнулась в его сильных руках и застонала, целуя и покусывая горящую от возбуждения кожу. Я погрузила пальцы в его волосы, тесней прижимая его голову к себе. Боже, еще немного, и я взорвусь!

Я вцепилась в ремень, торопливо расстегивая пряжку. Звякнув, она сдалась, и ремень отлетел в угол комнаты. Он привстал, избавляясь от брюк…

Скорее, сейчас…

Я потянулась к его возбужденной плоти, чтобы направить ее в себя, но он увлек меня за собой на огромную кровать, а потом перехватил мои запястья, прижав их к кровати над моей головой.

Теперь я уже не могла ничего контролировать…

Я разочарованно застонала, выгнулась ему навстречу. Но он не спешил дать мне то, чего я хотела так страстно, продолжал скользить губами по моей коже, постепенно опускаясь ниже. Вот он добрался до груди, играя языком с набухшим соском. Его рука опустилась между моих ног, глядя внутреннюю сторону бедер.