Дразнящие прикосновения сводили с ума. Я извивалась под ним. Тело просто молило о близости и, наконец, он прислушался к этой мольбе. Его палец проник в меня, заскользил между влажных складочек, заставив вскрикнуть и еще сильнее выгнуться ему навстречу.

Бешеный танец его пальцев на моем клиторе сводил с ума, заставлял, стонать, вскрикивать, извиваться… Несколько точных, уверенных движений – и я взорвалась в безумном оргазме. Но останавливаться он и не думал.

Приподняв меня, он резко вошел в меня, заставив вскрикнуть от боли. Насколько до сих пор он был нетороплив, настолько напорист и резок стал сейчас… Тело никак не желало насытиться, требовало еще и еще. Я сильней развела бедра, чтобы глубже впустить его внутрь.

Он отпустил мои руки, обхватил ладонью грудь. Сосок темно-красной, манящей бусиной блестел между его загорелых пальцев. Нагнувшись, он лизнул его, снова вызвав у меня блаженный стон. Я схватила его за плечи, впилась в них пальцами, не боясь, что на них останутся следы от ногтей. Он зарычал, усиливая натиск.

В экстазе, в бешеной страсти, растаяло все. Мой страх пред ним, стыд за то, что я сама на него набросилась, даже то, что я сейчас несвободна – все растворилось в наслаждении. Назови кто-нибудь сейчас имя моего молодого человека – и я даже не смогла бы вспомнить его лицо.

Он перевернул меня на живот и вошел сзади, также резко и глубоко, буквально насаживая меня на свой член. Чтобы не закричать от безумного наслаждения, мне пришлось вцепиться зубами в подушку. Он брал меня, как завоеватель – непокорную крепость, хотя я давно сдалась на его милость, и впускала его с готовностью и восторгом. Лишь после того, как меня в третий раз затопил океан оргазма, он тоже глухо застонал и рухнул рядом со мной.

Сказать, что я была вымотана – значит, не сказать ничего. Из меня будто выпустили все содержимое, оставив невесомую, пустую оболочку. Кажется, сейчас я не могла бы даже поднять руку или произнести хоть слово.

Казалось, насытился и он, устроившись рядом и положив руку мне на талию. Я медленно погрузилась в сон…

Наверное, ненадолго.

Вскоре я проснулась – от тягучего, томного, ненасытного желания.

Но, почувствовав на своей шее горячее дыхание, прикосновение к спине чужой обнаженной кожи, я вздрогнула. Сонливость моментально покинула меня. На смену ей пришло возбуждение, не менее сильное, чем вечером.

Видимо, одного взгляда в мои голодные глаза было достаточно, чтобы все понять. Он провел пальцем по моим губам и подбородку:

– Такая ненасытная… Мне нравится.

Глава 9

Утром я проснулась с каким-то новым, совершенно незнакомым для себя ощущением – словно я счастлива. Да, именно счастье – безграничное, спокойное, полное. Как море. И только потом обнаружила его причину: я спала, тесно прижавшись к крепкому рельефному плечу. Дыхание Нэйта шевелило волоски у меня на виске, и я зажмурилась от какого-то невероятного ощущения тепла. Вспомнила всё то, что происходило этой ночью – и моментом залилась краской. О боже! Неужели я и вправду всё это творила? Впрочем, моё смущение было недолгим. Я заглянула внутрь себя в поисках ответа и обнаружила, что всё это не казалось мне ни пошлым, ни развратным. Мне было хорошо с ним, и только с ним всё это было правильно.

Какое-то время я лежала, нежась в лучах утреннего солнца, которое пробивалось сквозь занавески. Без мыслей, без забот – просто с ощущением того, что мне невероятно, офигительно хорошо. А потом в одно мгновение взвилась, как ужаленная. Утро, солнце высоко! Сколько мы проспали? Я ведь опоздаю на работу! Я выскользнула из кровати как была, голышом, быстро натянула на себя джинсы и майку – без белья. На глаза оно мне не попалось, а времени на поиски не было. Путаясь в коридорах, отыскала кухню, террасу, где на стуле осталась моя припухшая сумочка. Ну и идиотка! – обругала я себя. А что, если с утра сюда уже пришла горничная и прикарманила деньги?

Я открыла сумочку. Пачка была на месте. Но если кто-то вытащил оттуда пару сотенных, я бы и не заметила. Впрочем, наши бокалы и грязные тарелки оказались нетронутыми. Я достала телефон и посмотрела на время. Семь утра. Я с облегчением выдохнула. Слишком рано, и уж точно я не опоздала на работу – мне к одиннадцати.

Похоже, этой ночью я проспала буквально пару часов, но, несмотря на это, чувствовала себя на удивление бодрой и свежей.

– Готова сбежать, Золушка? – раздался голос за спиной.

Я обернулась. Нэйт, сонный и почти раздетый – в одних боксерах. Я не смогла отказать себе в том, чтобы им полюбоваться. А полюбоваться было чем. Я сейчас не только про мощные бицепсы и кубики пресса. Спросонья он был немного взъерошенным, и теперь казался моложе, чем обычно. Было в нём что-то мальчишеское – что-то такое, что затопило меня нежностью. Я сделала шаг навстречу и оказалась в объятиях. Долгий поцелуй – медленный, тягучий, я уже почти начинала жалеть, что не осталась в постели. Уверена, в это утро можно было добавить ещё ярких красок. Но когда мы оторвались друг от друга, я сказала лишь:

– Мне нужно на работу.