Читаем Царь Иисус полностью

— Да, цезарь, кажется, госпожа Ливия опять права. Ведь тебе известно, что сам отец Зевс — по крайней мере, так говорят легенды — ненадолго наделил властью и славой своего сына Диониса, посадил его на Олимпийский трон и дал молнии в руки, а потом безжалостно его убил. О том же самом говорится в легенде об Аполлоне и его сыне Фаэтоне и о пеласгийском Боге-Солнце Дедале и его сыне Икаре. И хотя смерть обоих юношей, временно наделенных царской властью, приписывается мифографами их собственному неблагоразумию, трудно оправдать их божественных отцов, каждый из которых, как Солнце, был истинной причиной их гибели. Геракл тоже в качестве древнего Бога-Солнца постоянно убивал своих старших сыновей, правда, в его случае во всем винят приступы помешательства. Чтобы не утомлять тебя долгим рассуждением, скажу лишь, что введение во владение царством старшего или единственного сына, а потом принесение его в жертву — дело обычное для целой группы ближневосточных племен, которые называют Агенора или его брата Бела своими прародителями. Недавно я нашел это место в еврейском Писании: царь Моавитский своего сына-первенца пожертвовал Белу. Так они вроде бы завладевали Богом-Солнцем во время своих религиозных бедствий, когда или вся страна оказывалась в опасности, или царь вызывал недовольство Бога. В истории Тарса было несколько таких примеров. Значит, ваш безымянный царь хочет оставаться вашим союзником и поэтому не решается без вашего соизволения убить своего сына, который по рождению римский гражданин? Убийство старшего сына среди этих племен такой же религиозный закон, как отказ от свинины. Так что все дело в религии.

Август, слегка смущенный легкостью, с какой Афинодор разрешил спор, спросил:

— Послушай, ученый муж:, ты не ошибаешься насчет логической связи между тремя религиозными заблуждениями, о которых ты только что сказал?

— Нет, цезарь, — ответил Афинодор. — Египетский бог Сет, приняв облик дикого вепря, разорвал на части своего брата Осириса. Сирийский Аполлон сделал то же самое с Адонисом. Оба они Боги-Солнца. Вепрь — их священное животное, поэтому его нельзя есть, разве лишь в особых случаях. В Палестине и Сирии отрезали крайнюю плоть и посвящали ее Богу-Солнцу, то есть Священному Царю, в день его бракосочетания с Богиней-Луной, Священной Царицей. И если царь заболевал, то царица делала обрезание старшему сыну, чтобы отвести гнев небес. Так мы читаем в истории иудея Моисея и его сына Гирсама. Отсюда пошел обычай обрезания всех мальчиков на восьмой день жизни. Эта искупительная жертва, к счастью, пришла на смену безжалостному убийству всех первенцев мужского пола, как людей, так и животных. Число восемь означает прибавление. Более того; крайняя плоть…

— Наш милый Афинодор, — с любезной улыбкой прервала его Ливия, — ты превосходно рассудил наше затруднение, но, прошу тебя, не надо больше, тем более что твои исторические изыскания касаются предмета, мало подходящего для женских ушей.

Афинодор покаянно улыбнулся и медленно направился к выходу, не переставая теребить бороду.

— Итак… — сказала Ливия.

— Моя дорогая, все это очень хорошо, но мы не можем позволить, чтобы невинный человек, к тому же дельный офицер, с хорошими задатками для будущего царя, умер такой варварской смертью.

— Нет? — ледяным тоном переспросила Ливия. — Тогда что же случилось с твоим знаменитым правилом не лезть в религиозные дрязги подданных, пока они не нарушают мир в империи?

— Чудовищно убивать собственного ребенка.

— Но достойно похвалы, если это делается на благо народа. Кстати, в римской истории тоже были случаи, когда благородные отцы предавали смерти своих сыновей.

— Плохих сыновей.

— Откуда мы знаем, были они плохие или хорошие? Может быть, те свидетельства тоже ложные? В любом случае, советую тебе не отказывать Ироду, если не хочешь ввязаться в какую-нибудь войну. С такими финансами, как у нас на сегодняшний день, мы вряд ли ее осилим. Мне тоже жаль Антипатра, но что делать? Такова его судьба. Мне и Акму жаль. Ведь ее тоже придется казнить в знак твоего доброго расположения к Ироду. Правда, я не много потеряю, лишившись этой неряхи.

Ливия, как всегда, одержала верх.

— Религиозный долг, — со вздохом сказал напоследок Август, — обрезание, отказ от свинины! Клянусь Гераклом, лучше быть свиньей Ирода, чем его старшим сыном!

Царь Ирод болел. В конце концов он понял, что с его животом творится что-то неладное, и призвал к себе Махаона, который не стал скрывать, что бессилен вылечить его и может лишь облегчить ему боль, и еще предупредил, что царя ожидает нелегкий конец.

— Год я проживу? — спросил Ирод.

— Я обещаю тебе год, если ты подчинишься всем моим требованиям, но не более.

— Хватит, — сказал Ирод.

В тот же день он послал за египетскими мастерами, и они отлили для него символ солнца — золотую птицу, похожую на орла. По его приказанию ее водрузили высоко над Восточными воротами Храма, ибо он посвятил ее Иегове. Внизу начертали священные слова, сказанные Им Моисею: