— Говорите, — настороженно произнес Верховный командующий.

— Что ж, — Виник указал на приборную панель, — я подумал, стоит ли нам вообще искать жизнь на планете? Предлагаю заняться поисками ресурсов, редких минералов, технологий.

— Вы мыслите логично, майор, — ответил Бриллштейн.

— Мыслю, но не действую, — заметил Виник. Голос его звучал ровно, однако на мониторы майор смотрел голодным взглядом. — Почему бы нам не забрать с планеты все самое ценное и нужное и не продолжить поиски нового дома?

— Штерновы поиски завершились, — возразил Бриллштейн, и Маяк у него на руке вспыхнул зеленым. — Наша истинная миссия, завещанная предшественниками, — это возрождение Земли.

— Так точно, сэр! Продолжу сканирование планеты.

— Так–то лучше, майор. — Бриллштейн обернулся к Аэро. — Капитан Райт, ваш отряд высаживается первым. Поручаю вам разведывательную миссию на Земле. Задание — поиски всех, абсолютно любых форм жизни. Приказ понятен?

— Так точно, сэр, — отозвался Аэро. В груди у него даже екнуло от радости: отец определил на это исторически важное задание его отряд, а следовательно — его самого.

— Проинформируйте подчиненных и приступайте к подготовке, — велел Бриллштейн. — Миссия предстоит опасная. Возможно — возможно! — вы станете первыми людьми, которые ступят на поверхность планеты впервые за тысячу лет. Однако мы не в курсе, что стало с другими колониями. Если они уцелели, то неизвестно, друзья они нам или враги.

Аэро показалось, что зрачки у Бриллштейна слегка расширились. Отец как будто мысленно унесся в другое место, Маяк у него на руке светился ярче, зеленоватый свет пульсировал быстрее.

— Так точно, сэр, — сказал Аэро. — Мы будем готовы.

— Устройте тренировочные симуляции и отдайте фальшионы на проверку оружейникам. Убедитесь, что клинки заряжены. Даже если вы не встретите на Поверхности людей, не стоит списывать со счетов мутантов.

Об этой возможности Аэро узнал на уроках по истории наступления Конца: некоторые биологи выдвинули теорию о том, что определенные виды могли пережить катастрофу под землей или под водой, мутировать под воздействием радиации. В отсутствие естественных хищников они также могли эволюционировать в существ гораздо крупнее и кровожаднее своих предков.

— Есть, сэр, — ответил Аэро. — Я все как раз так и планировал.

В глазах Бриллштейна мелькнул огонек… гордости? Или другого чувства?

— Похвально, — сказал Верховный командующий и отвернулся к мониторам. — Отряд должен быть готов к высадке через четыре дня. Ясно? Можете идти.

— Есть, сэр, — последний раз отдал честь Аэро.

Покидая мостик, он снова взглянул на мониторы.

Пожалуй, он был чересчур строг к Земле. Кто знает, что скрывается под пеленой серых бурь? Что ждет его в неизвестном мире, на поверхность которого он совсем скоро ступит? Эмоции захлестнули капитана с новой силой — с силой тех самых бурь. В сердце запылал огонек бунтарства, голова закружилась. Все тело начало гудеть, до самых кончиков обмороженных пальцев, и только сейчас Аэро понял причины симптомов: Земля — это возможность. Шанс начать новую жизнь, другую, не ту, к которой его приучали с рождения… Нет, не так. С самого зачатия.

Необитаемые земли и воды, пусть даже они ядовиты, — это огромное ничье пространство. Не заселенное и не расчерченное линиями границ. Там не действуют ничьи законы. Никто не запрещает любить, заводить семью и чувствовать. Аэро пока не знал, нужно ли ему все это — мало того, эти вещи его пугали, — но все же он хотел иметь право выбора. Не важно, что он выберет, главное — сам.

«Возможность», — еще раз подумал Аэро, перекатывая это слово на языке, словно утерянную деталь, пробуя его на вкус и заново переоценивая все то, во что он приучился верить.

Возможность.

Глава 14. КОНТРАБАНДА

(Майра Джексон)

Эхо еще долго металось меж стен потайной комнаты. Вопрос, как отыскать Маяк, повис в застоявшемся воздухе, и на него не ответили бы даже крысы, что выползли на голоса. Майра всмотрелась в лица друзей: к счастью, ребята отошли от потрясения. На щеки Рикарда вернулся румянец, Пейдж уже не плакала, а Возиус вновь уселся за компьютер. Впрочем, лучше других новости воспринял Калеб:

— Святое Море, есть и другие колонии! Поверить не могу.

— Ну, — потупила взгляд Майра, — еще неизвестно, удалось ли им выжить.

— Какая разница? Они существовали! — ответил Калеб. — Это опровергает все, чему учат Красные Плащи, советники и педагоги. Да они же просто кучка врунов!

Пейдж ссутулилась и обхватила себя руками поперек груди. Она–то всегда верила педагогам и всю себя посвятила учебе, чтобы стать лучшей ученицей. И потому ей было больнее всего узнать, что сведения, которые они получают в школе, — обман. Зато нисколько не жаловался Рикард:

— Клянусь Оракулом, я так и знал, что наши учителя — двуличные! И что школа — бестолковая трата времени.

Майра вскинула бровь:

— Ты потому так часто опаздываешь?

— Ну да. Говорю же, я знал, что учиться бесполезно.

— Историю пересматриваешь? — поддел его Калеб. — Да ты еще хуже Синода.

Пейдж ткнула пальцем в лицо Рикарду: