Читаем Три стервы полностью

А потом ей стало ясно, что если остаться в этой враждебной квартире еще хоть на секунду, она пропала. Необходимо собраться с силами, встать и выйти отсюда. Оказаться на свежем воздухе.

Как бывает в кошмарном сне, идея обратиться за помощью к друзьям даже не пришла Эме в голову. Позже она так и не сумела определить, сколько времени ей понадобилось, чтобы покинуть квартиру. Эме казалось, будто она сейчас распылится на атомы, взорвется и разлетится на тысячу кусков, растечется лужей по полу, загорится и даже не умрет в ближайшую секунду, потому что и так уже умирает. Просто физически подыхает. Теперь она лучше понимала, что пытались донести до нее знакомые, описывавшие свои панические атаки. Моменты смерти. Слова вертелись вокруг чего-то невыразимого. Она больше не чувствовала ни ног, ни рук, ни лица – словно выходила из-под анестезии. Или все еще оставалась в операционной. Потребовались нечеловеческие усилия, мобилизация мельчайших крох энергии, затаившихся в мышцах, чтобы доползти до двери, открыть и захлопнуть ее, скатиться по лестнице и наконец-то выскочить на улицу. Здесь было темно и прохладно. Эме даже не пришло в голову сознательно выбрать какое-то направление. Прежде всего, нужно было где-то прилечь, и как можно быстрее. Покачиваясь, она добрела до первой попавшейся скамейки и растянулась на ней. После секундной передышки цунами накатило вновь. Следовало игнорировать его. Закрыть глаза, слушать шум машин. Она не представляла, что когда-нибудь сможет встать на ноги. Это невозможно. Ничего больше нет. Воспоминания, прошлое, планы на будущее, проекты – все навсегда стерто. Отныне лишь будет вечно длиться это адское мгновение – вне времени и пространства.

Кто-то подошел и предложил помощь. Эма даже не подняла веки, а только невнятно пробормотала: “Нет, нет, спасибо”. Она сосредоточилась на возвращавшихся понемногу примитивных ощущениях. Твердые доски скамейки врезаются в лопатки. Ноги свисают с нее. Подул обжигающий ветер и вернул к жизни ее щеки. Ей стало немного легче дышать. Теперь нужно подождать. Чтобы этот ужас отдалился. Услышав гром, она не среагировала, но неожиданно на ее лицо обрушились потоки воды. На миг ей показалось, что какой-то ребенок плеснул ей в лицо воду из ведерка. Но поток не прекращался. В мгновение ока она промокла с головы до ног. Как если бы прыгнула в речку, не снимая платья. Эма вспомнила Вирджинию Вулф. Тоже в одежде, но еще и с карманами, полными камней. Ей опять стало трудно дышать, но теперь из-за ливня, пытавшегося ее затопить. Она улыбнулась. Грохот грозы, гром, хлещущий дождь вытеснили из ее головы все остальное. Она села и открыла глаза. Прохожие прижались к витринам магазинов, чтобы укрыться, словно эта водная стихия была опасна и необходимо любой ценой избежать ее смертельного прикосновения. Они наблюдали за потопом с озадаченным видом. В полной растерянности. А Эма так и сидела на скамейке. Поднявшись, она заметила, что пропитанное водой платье слишком смело облепило тело. Она направилась к ближайшему кафе и села у окна, чтобы наблюдать за впечатляющим зрелищем. Она была без сил. Официант заметил:

– Ничего себе промокли. С такой жарой этого следовало ожидать. Принести вам полотенце?

Эма поблагодарила и заодно заказала порцию водки с яблочным соком.

Она потягивала ее, наблюдая за водой, неспособной вместиться в водостоки. Сплошная завеса дождя скрывала противоположную сторону улицы, и никто не решался выйти из укрытия. С каждой сотней литров, низвергавшихся на тротуар, ее недомогание отступало. Пока идет дождь, все будет в порядке, решила она. Этот потоп начался ровно тогда, когда ее тело и душу уносила совсем другая стихия, поэтому ей казалось, будто она напрямую общается с небесами и сама является одним из элементов всей этой сложной системы. Ее спасла вода.