Читаем Три мушкетера полностью

- Я не понимаю, милорд, - заговорила она, желая выиграть время и заставить своего противника высказаться, - что вы хотите сказать? И нет ли в ваших словах какого-нибудь скрытого смысла?

- Ну, разумеется, нет, - сказал лорд Винтер с видом притворного добродушия. - У вас возникает желание повидать меня, и вы приезжаете в Англию. Я узнаю об этом желании или, вернее говоря, догадываюсь о нём и, чтобы избавить вас от всех неприятностей ночного прибытия в порт и всех тягот высадки, посылаю одного из моих офицеров вам навстречу. Я предоставляю в его распоряжение карету, и он привозит вас сюда, в этот замок, комендантом которого я состою, куда я ежедневно приезжаю и где я велю приготовить вам комнату, чтобы мы могли удовлетворить наше взаимное желание видеться друг с другом. Разве всё это представляется вам более удивительным, чем то, что вы мне сказали?

- Нет, я нахожу удивительным только то, что вы были предупреждены о моём приезде.

- А это объясняется совсем просто, любезная сестра: разве вы не заметили, что капитан нашего судна, прежде чем стать на рейд, послал вперёд, чтобы получить разрешение войти в порт, небольшую шлюпку с судовым журналом и списком команды и пассажиров? Я - начальник порта, мне принесли этот список, и я прочёл в нём ваше имя. Сердце подсказало мне то, что сейчас подтвердили ваши уста: я понял, ради чего вы подвергали себя опасностям столь затруднительного теперь переезда по морю, и выслал вам навстречу свой катер. Остальное вам известно.

Миледи поняла, что лорд Винтер лжёт, и это ещё больше испугало её.

- Любезный брат, - заговорила она снова, - не милорда ли Бекингэма я видела сегодня вечером на молу, когда мы входили в гавань?

- Да, его… А, я понимаю! Увидев его, вы взволновались: вы приехали из страны, где, вероятно, мысль о нём заботит всех, и я знаю, что его приготовления к войне с Францией очень тревожат вашего друга кардинала.

- Моего друга кардинала?! - вскричала миледи, убеждаясь, что и в этом отношении лорд Винтер, по-видимому, хорошо осведомлён.

- А разве он не ваш друг? - небрежным тоном спросил барон. - Если я ошибся - извините: мне так казалось. Но мы вернёмся к милорду герцогу после, а теперь не будем уклоняться от того крайне чувствительного направления, которое принял наш разговор. Вы приехали, говорите вы, чтобы повидать меня?

- Да.

- Ну что ж, я вам ответил, что всё устроено согласно вашему желанию и что мы будем видеться каждый день.

- Что же, я навеки должна оставаться здесь? - с оттенком ужаса спросила миледи.

- Может быть, вы здесь терпите какие-нибудь не удобства, сестра? Требуйте, чего вам недостаёт, и я постараюсь вам это предоставить.

- У меня нет ни служанок, ни лакеев.

- У вас всё это будет, сударыня. Скажите мне, на какую ногу был поставлен ваш дом при первом вашем муже, и, хотя я только ваш деверь, я заведу вам всё на такой же лад.

- При моём первом муже? - вскричала миледи, уставившись на лорда Винтера растерянным взглядом.

- Да, вашем муже-французе, я говорю не о моём брате… Впрочем, если вы это забыли, то, так как он жив ещё, я могу написать ему, и он сообщит мне все нужные сведения.

Холодный пот выступил на лбу миледи.

- Вы шутите! - проговорила она глухим голосом.

- Разве я похож на шутника? - спросил барон, вставая и отступая на шаг.

- Или, вернее, вы меня оскорбляете, - продолжала миледи, судорожно впиваясь пальцами в подлокотники кресла и приподнимаясь.

- Оскорбляю вас? - презрительно усмехнулся лорд Винтер. - Неужели же, сударыня, вы полагаете, что это возможно?

- Вы, милостивый государь, или пьяны, или сошли с ума, - сказала миледи. - Ступайте прочь и пришлите мне женщину для услуг!

- Женщины очень болтливы, сестра! Не могу ли я заменить вам камеристку? Таким образом, все наши семейные тайны останутся при нас.

- Наглец! - вскричала миледи вне себя от ярости и кинулась на барона, который стал в выжидательную позу, положив одну руку на эфес шпаги.

- Эге! - произнёс он. - Я знаю, что вы имеете обыкновение убивать людей, но предупреждаю: я буду обороняться, хотя бы и против вас.

- О, вы правы, - сказала миледи, - у вас, пожалуй, хватит низости поднять руку на женщину.

- Да, быть может. К тому же у меня найдётся оправдание: моя рука будет, я полагаю, не первой мужской рукой, поднявшейся на вас.

И барон медленным обвиняющим жестом указал на левое плечо миледи, почти коснувшись его пальцем.

Миледи испустила сдавленный стон, похожий на рычание, и попятилась в дальний угол комнаты, точно пантера, приготовившаяся к прыжку.