Читаем Три мушкетера полностью

Три мушкетера

"In my name," said Mme. Bonacieux, with great emotion, "in my name I beg you!	-Моим именем... - произнесла г-жа Бонасье с сильным волнением, - моим именем я умоляю вас о том же!
But listen; they appear to be speaking of me."	Но послушаем - мне кажется, они говорят обо мне.
D'Artagnan drew near the window, and lent his ear.	Д'Артаньян вернулся к окну и прислушался.
M. Bonacieux had opened his door, and seeing the apartment, had returned to the man in the cloak, whom he had left alone for an instant.	Г-н Бонасье уже отпер дверь своего дома и, видя, что квартира пуста, вернулся к человеку в плаще, которого на минуту оставил одного.
"She is gone," said he; "she must have returned to the Louvre."	- Она ушла, - сказал Бонасье. - Должно быть, вернулась в Лувр.
"You are sure," replied the stranger, "that she did not suspect the intentions with which you went out?"	- Вы уверены, - спросил человек в плаще, - что она не догадалась, зачем вы ушли?
"No," replied Bonacieux, with a self-sufficient air, "she is too superficial a woman."	- Нет, - самодовольно ответил Бонасье. - Она для этого слишком легкомысленная женщина.
"Is the young Guardsman at home?"	- А молодой гвардеец дома?
"I do not think he is; as you see, his shutter is closed, and you can see no light shine through the chinks of the shutters."	- Не думаю. Как видите, ставни у него закрыты, и сквозь щели не проникает ни один луч света.
"All the same, it is well to be certain."	- Все равно не мешает удостовериться.
"How so?"	- Каким образом?
"By knocking at his door.	- Нужно постучать к нему в дверь.
Go." "I will ask his servant."	- Я справлюсь у его слуги. - Идите.
Bonacieux re-entered the house, passed through the same door that had afforded a passage for the two fugitives, went up to d'Artagnan's door, and knocked.	Бонасье скрылся в подъезде, прошел через ту же дверь, через которую только что проскользнули беглецы, поднялся до площадки д'Артаньяна и постучал.
No one answered. Porthos, in order to make a greater display, had that evening borrowed Planchet. As to d'Artagnan, he took care not to give the least sign of existence.	Никто не отозвался: Портос на этот вечер для пущего блеска попросил уступить ему Планше; что же касается д'Артаньяна, то он и не думал подавать какие-либо признаки жизни.
The moment the hand of Bonacieux sounded on the door, the two young people felt their hearts bound within them.	Когда Бонасье забарабанил в дверь, молодые люди почувствовали, как сердца затрепетали у них в груди.
"There is nobody within," said Bonacieux.	-Там никого нет, - сказал Бонасье.
"Never mind.	- Все равно зайдемте лучше к вам.
Let us return to your apartment.	Там будет спокойнее, чем на улице.
We shall be safer there than in the doorway."	- Ах! - воскликнула г-жа Бонасье.
"Ah, my God!" whispered Mme. Bonacieux, "we shall hear no more."	- Мы теперь больше ничего не услышим.
"On the contrary," said d'Artagnan, "we shall hear better."	- Напротив, - успокоил ее д'Артаиьян, - нам теперь будет еще лучше слышно.