– О, – хрипло засмеялась одна из девок, – еще гости заявились, у нас сегодня прям как день рождения! Выпить принесли?

Пьяный мужик зашелся в хохоте. Что уж ему показалось смешным, мы так и не поняли. Лицо у алкоголика было красивое, даже породистое. Тонкий нос с нервными ноздрями, узкие глаза, довольно высокий лоб и почти идеальной формы рот с капризно изогнутой верхней губой.

Сильной рукой парень схватил полупустую бутылку, и я заметила, что у него широкие ладони с короткими пальцами. На правой не хватало мизинца.

– Садись, девки, – велел красавчик, – праздник у нас, крестины! Завтра в церковь ребенка понесем.

Тамара метнулась к кровати и схватила вопящий кулек. Ника лежала в одеяльце, очевидно, нерадивая мамаша принесла дите из поликлиники и даже не развернула его.

– Эй, эй, положь на место, – велела девка.

– У вас мальчик, Костик, так ведь? – поинтересовалась Томочка, разматывая Нику, – а здесь, гляньте, девочка.

– Как же это? – пробормотала полупьяная мамаша. – Как такой наворот случился? Где писька?

– Мы случайно вместо своей Ники взяли вашего Костю, – пояснила я, быстро отступая к двери, – бывает, уж извините, не со зла…

– Ах ты… – начала малолетняя алкоголичка.

Но мы с Томусей уже неслись во весь опор к выходу.

Едва мы переступили порог своей квартиры, как на нас налетела Кристина.

– Ну где вы носитесь? Олег звонил из Львова, страшно расстроился, что Вилку не застал!

– Младенца меняли, – хором ответили мы с Томой и принялись объяснять Кристе суть произошедшего.

После того как Нику на всякий случай выкупали в слабом растворе марганцовки и накормили, Томочка тяжело вздохнула и предложила:

– Знаешь, мне кажется, Маше Родионовой не следует рассказывать про дурацкое происшествие, по крайней мере в ближайшее время, пока она в больнице.

– Совершенно с тобой солидарна, – ответила я.

На следующий день позвонила Зверевой в восемь утра.

– Да, – неожиданно ответило мягкое сопрано.

От растерянности я ляпнула первое, что пришло в голову:

– Мосэнерго беспокоит, показания счетчика хотим снять, будете дома в течение дня?

– Мне на работу к трем, – ответила Ольга Леонидовна, – успеете, приезжайте.

– Через час примерно, – пообещала я и ринулась к шкафу.

Ольга Леонидовна оказалась дамой лет пятидесяти с хорошо сохранившейся фигуркой.

– У вас какие-то претензии ко мне? – вежливо поинтересовалась Зверева, показывая расчетную книжку. – Всегда аккуратно плачу.

– Просто плановая проверка, – с умным видом ответила я, разглядывая черный допотопный счетчик.

Что еще придумать, чтобы подольше задержаться в квартире и завести разговор на интересующую тему, я не знала.

Да, идея прикинуться служащей Мосэнерго не из лучших, раньше приходили в голову более удачные мысли.

От полной безнадежности я попросила:

– Принесите губку, какую не жалко, и кусок мыла.

Ольга Леонидовна явно удивилась, но притащила требуемое. Я намылила губочку и поднесла к счетчику.

– Эй, эй, что вы делать хотите? – забеспокоилась Зверева. – Сейчас обмажу пеной вот здесь и проверю, нет ли протечек!

– Ни в коем случае, – закричала Ольга Леонидовна, – током ударит. Так только с газовыми трубами поступают.

А ведь верно. Я нервно рассмеялась.

– Вот до чего работа довела, еще только утро, а голова уже не варит, и пить хочется. Водички не дадите?

Любой другой человек, услышав подобную просьбу, мигом бы предложил мне чай или кофе. Но Ольга Леонидовна одна пошла на кухню и принесла пластиковый одноразовый стаканчик, до краев наполненный бесцветной жидкостью.

Пришлось изображать жажду и выпить противную воду, отдающую хлоркой. Добрая хозяйка угостила водичкой из-под крана, пожалев минералку.

Раз пять я пыталась завести беседу, но Ольга Леонидовна совершенно не собиралась поддерживать разговор ни на какие темы.

Она произносила лишь: «н-да» или «ага». На этом разговор обрывался.

Наконец я решилась и пошла напролом:

– Представляете, что сноха рассказала! Есть в Москве агентство «М. и К°», все желания выполняет, а, если ничего не получается, деньги возвращают назад.

– Угу, – совершенно не оживилась хозяйка.

– Слышали про такое?

– Нет.

– Совсем нет?

– Нет.

– Совсем, совсем?

– Вы закончили со счетчиком? – сухо осведомилась дама.

– Через десять минут.

– Поторопитесь, пожалуйста, – крайне вежливо, но очень твердо заявила хозяйка, – мне пора на работу.

– Вроде говорили, что к трем, – попробовала посопротивляться я.

– Уходите, – велела Зверева, – извольте покинуть мою квартиру, иначе сейчас же вызову милицию!

Делать нечего, пришлось отправляться восвояси, ничегошеньки не узнав. В полной растерянности я встала у лестницы. Нелюбезная Ольга Леонидовна жила в доме постройки сороковых годов, лифт тут ездил старый, с распахнутыми дверцами. Коричневая кабина скользила в проволочной «клетке», шахта просматривалась насквозь, и ее огибала лестница. Поднявшись на один пролет вверх, я села на подоконник. Ох, неспроста милая дама не захотела идти на контакт, надо бы узнать о ней побольше.

ГЛАВА 10

Просидев бесцельно минут десять, я спустилась во двор и спросила у бабульки, прогуливающей тощенькую рыжую собачку.

– Где у вас домоуправление?