Читаем Три княгини полностью

В один миг Надя приняла решение. Обратной дороги нет, чего тянуть и страшиться? Лучше поскорее слиться с ним в единое целое, пусть новые ощущения вытеснят прежние переживания!

Верховский ожидал слез, стенаний, долгих уговоров. Поэтому изумление застыло на его лице, когда вдруг юная беглянка начала стремительно освобождаться от одежд. Изумление сменилось восторгом. Евгений стал умело помогать преодолевать крючочки и пуговки, попутно сдергивая и свой наряд. Ничего не говоря, он осыпал ее тысячей поцелуев. Она отвечала на них с нарастающей страстностью. Верховский, сжимая Надю в своих объятиях, ощутил великое волнение, которое не испытывал никогда, и вовсе не от того, что ему предстояло лишить девственности девицу, а потому, что он чутьем опытного соблазнителя понял, как она восхитительно чувственна. Последующие действия не доставили Наде особого удовольствия. Но она вытерпела вспыхнувшую боль и прочие не совсем приятные моменты. Тем более что ее возлюбленный поклялся, это только единичный миг и далее последует сплошное блаженство.

Верховский не соврал. Они действительно погрузились в божественный мир телесных наслаждений. Вряд ли Надя могла рассчитывать на подобное великолепие с несостоявшимся мужем Роевым. Давать женщине восторг и радость всякий раз, когда прикасаешься к ней, — это великий талант, и не всякий, кто именуется мужчиной, им наделен! А Верховский был виртуозом! Удивительное дело, его порочное прошлое воплотилось в эротическую феерию, в которую он погрузил свою невинную и неопытную подругу. Та даже и не предполагала, какие возможности таятся в теле женщины, какие острые и ослепительные ощущения можно из него извлекать, как из волшебного кувшина. Надо только знать заклинания, и тогда неведомые страсти вырываются наружу, и все меркнет вокруг, перестает существовать. Только два тела, две души, ставшие единым целым!

Любовники иногда целыми днями проводили в постели, наслаждаясь друг другом. Евгений поражался, как стремительно юная ученица овладевает премудростями любовной науки, как она все быстрее становится свободной и раскованной в выражении желаний и чувств. Страсти, доставшиеся Наде по наследству, оказались и впрямь нешуточные. Евгений оценил это и был по-настоящему счастлив, первый раз в жизни! А сама Надя плыла в водовороте новых переживаний, которые, мощными волнами, смывали все прежние мысли, страхи, сомнения и угрызения. Так в любовном угаре они прожили два месяца.

Когда схлынуло чувство новизны и остроты, постепенно на первый план вышли житейские проблемы, без которых, как оказалось, не обойтись. И головной болью Евгения стал развод. Лидия опять куда-то подевалась, письма, посланные по последнему адресу, возвращались обратно с пометкой «Адресат выбыл». Но князь не терял надежды, ведь во время их последней встречи жена твердо обещала ему свободу. В Петербурге адвокат князя уже приступил к подготовке процесса и, хоть дело это в России не из легких, надеялся на успех, тем более что его клиент был готов на какие угодно условия противоположной стороны.

Надя приготовилась ждать долго. Ее не пугало ожидание, а настораживало только одно обстоятельство — Евгений принужден будет поехать в Россию, когда начнется сам процесс. О том, чтобы ехать вдвоем, не шло и речи. Риск быть опознанной, риск некрасивого скандала слишком велик. А что если не удастся добиться благополучного исхода дела? Тогда, как предлагал Евгений, бросить все к черту и уехать на край света, хоть к папуасам, как господин Миклухо-Маклай, и жить там, не обременяя себя пустыми условностями. Что ж, ради своей великой любви Надя готова была даже к папуасам, только бы рядом с ненаглядным Евгением!

Однажды Евгений, вернувшись домой, не обнаружил там возлюбленной. Он испугался не на шутку. Куда она могла пойти, если пойти ей абсолютно некуда? Надя пришла почти вслед за ним, и выражение ее лица заставило князя призадуматься.

— Ты гуляла, дорогая? — осторожно спросил Евгений.

— Нет, я посетила доктора, — потупившись, ответила она.

Лоб Верховского покрылся испариной. Он не мальчик и прекрасно понимал, зачем молодая женщина может пойти к доктору. Этого следовало бы ожидать, но так некстати! Впрочем, когда подобное случается кстати! Любишь кататься, люби и саночки возить!

Пауза затянулась, и Евгений почувствовал, что его реакция не может быть иной, кроме как восторженной. Да и как же иначе после столь бурных постельных сражений!

— Наверное, ты хочешь меня порадовать, Надюшенька?! — стараясь придать своему лицу и голосу как можно больше радости, воскликнул князь.

— У нас ребеночек будет, Евгений! — прошептала Надя и покраснела.

— Слава богу! Я рад, Наденька!

— Правда?

— Неужели ты могла усомниться?! Ведь это же мое дитя, наше дитя!

Он нежно привлек к себе голову возлюбленной и поцеловал в лоб.

— Доктор сказал, что пока ты можешь еще по-прежнему… по-прежнему быть со мною таким же страстным! — лукаво произнесла Надя.

— Ах ты, моя шалунья, — расхохотался Верховский и, подхватив молодую женщину на руки, понес ее в спальню.