Читаем три года полностью

а не послать ли всех доброжелателей на хуй!ведь там им самое место, поверь мне, я знаю точно.что такое колотится под моей рубахой,несколько раз в секунду отламывая кусочки,как маятник-нож? что играет с рассудком в нарды?что ударом делится надвое, как яблоко или слива?моя шальная любовь вывернулась наизнанку,не позволяя тебе, родная, со мной быть счастливой. прости мне все попытки сложить картинуиз чисел нечетных, себя разместив по центру,подобно стволу. прости, что опять интимнов слова свои тебя заворачиваю, как в плацентуребенка. прости, что чертовски нелепо на «вдруг» надеюсь, что верю в себя как в оплот, не являясь по сути дажеплотом. прости, что ничем тебе не могу доказать на делени рифмы свои больные, ни отсутствие оных. как жетебе объяснить, что все мои нежные жаркие гаммызвучат для тебя без единой фальшивой нотыпо-прежнему звонко?2005/09/29


я заблудилась. моя табличка потеряна...

я заблудилась. моя табличка потеряна.никто не вспомнит куска моего имени.лежу под ароматным яблочным деревом,вдыхаю небо в чахотку. такая идиллия.я заблудилась. таксисты с глазами жженымименя кидают по городу, суицидники.а дома их ждут кулебяки с детишками, с женами,следящими, как летят на счетчике циферки.я заблудилась. мой адрес не дом, не улица,не крыша, не – даже – заплеванное парадное.а небо в легких и бесится, и волнуется,не знает, чем бы еще-то меня порадовать!и пульсом лупит по веночкам да по веточкам,и обжигает горло на каждом ласковом.да, вот еще, пришла сегодня повесточка – пойду воевать со своим задроченным разумом.победа будет за мной, полногруда, яростна,как Делакруа обещал нам на репродукциях –с руками сильными, этакая доярочка!а небо в чахотке дуется дуется дуется, вот-вот взорвется и горлом пойдет, отчаянно цепляясь за гланды (а, может быть, за миндалиныцепляясь?) впустую – пятнами буро-чайнымихлобысь на белую скатерть ну и так далее…2005/09/29


выбор – это когда дуло...

выбор – это когда дулопо дёснам. один на один. в общем,в любом случае буду дурой,так путь длиннее. этак короче.выбор – это когда минусстановится крестиком. в горячкеночной кричу, обращаясь к миру:«кто выйдет со мною сыграть в ящик?»выбор – это когда стопка(виски или другого жара)внутрь насквозь. мне не выпить столько,как бы вас я ни уважала.выбор – это когда меткагорит на щеке, а слезам теснов глазах. и сверху вопрос мэтра:«ну что, намаялась, поэтесса?»выбор – это когда шарикрулеточный мечется, как птица.приемная бога. карандашамистучат – небушко мной коптитсязазряяяяя.2005/09/29


Перейти на страницу:

Похожие книги

Дыхание ветра
Дыхание ветра

Вторая книга. Последняя представительница Золотого Клана сирен чудом осталась жива, после уничтожения целого клана. Девушка понятия не имеет о своём происхождении. Она принята в Академию Магии, но даже там не может чувствовать себя в безопасности. Старый враг не собирается отступать, новые друзья, новые недруги и каждый раз приходится ходить по краю, на пределе сил и возможностей. Способности девушки привлекают слишком пристальное внимание к её особе. Судьба раз за разом испытывает на прочность, а её тайны многим не дают покоя. На кого положиться, когда всё смешивается и даже друзьям нельзя доверять, а недруги приходят на помощь?!

Ляна Лесная , Of Silence Sound , Франциска Вудворт , Вячеслав Юшкевич , Вячеслав Юрьевич Юшкевич

Любовное фэнтези, любовно-фантастические романы / Поэзия / Фэнтези / Любовно-фантастические романы / Романы
Поэты 1820–1830-х годов. Том 2
Поэты 1820–1830-х годов. Том 2

1820–1830-е годы — «золотой век» русской поэзии, выдвинувший плеяду могучих талантов. Отблеск величия этой богатейшей поэтической культуры заметен и на творчестве многих поэтов второго и третьего ряда — современников Пушкина и Лермонтова. Их произведения ныне забыты или малоизвестны. Настоящее двухтомное издание охватывает наиболее интересные произведения свыше сорока поэтов, в том числе таких примечательных, как А. И. Подолинский, В. И. Туманский, С. П. Шевырев, В. Г. Тепляков, Н. В. Кукольник, А. А. Шишков, Д. П. Ознобишин и другие. Сборник отличается тематическим и жанровым разнообразием (поэмы, драмы, сатиры, элегии, эмиграммы, послания и т. д.), обогащает картину литературной жизни пушкинской эпохи.

Николай Михайлович Сатин , Константин Петрович Масальский , Семён Егорович Раич , Лукьян Андреевич Якубович , Нестор Васильевич Кукольник

Поэзия / Стихи и поэзия