510 А, царицыны рабыни! Вы все здесь у ступенейВ облаках благоуханий дожидаетесь царя...Что ж, треножник им покинут? Предсказание дано?Или, все еще бездетен, бога Ксуф не умолил?
Корифей
Там покуда он, во храме; не сходил со ступеней.Только будто уж выходит: застучали ворота...Так и есть, — сейчас увидишь господина ты и сам.
Из храма выходит Ксуф.
Ксуф
(видит Иона и поспешно направляется к нему)
Сын мой, радуйся! О сын мой! Да, я смею так начать...
Ион
Радость — мне, а Ксуфу — разум, и никто не обделен...
Ксуф
Руку дай мне — поцелуя и объятья я хочу.
Ион
520 Да в уме ль ты, или душу бог безумьем повредил?
Ксуф
Я в уме ль, когда находке я своей нежданной рад?
Ион
Перестань! Неосторожно ты венок мне изомнешь...
Ксуф
Не отстану... Тут не дерзость... Ты любовью обретен.
Ион
Отойди, коли не хочешь задохнуться от стрелы.
Ксуф
Ты бежишь меня! Но должен ты любить меня, пойми!
Ион
Нет, невеж и одержимых не согласен я любить.
Ксуф
Что ж? Убей, сожги, пожалуй, — скажут все: отца убил.
Ион
Ты — отец мне? На смех, что ли, те слова, афинский царь?
Ксуф
Дай свободно им излиться, — и тогда ты все поймешь.
О родимая! С тобой же мы увидимся когда?Горячей желанье в сердце видеть милые черты.Иль тебя между живыми бесполезно и искать?
Корифей
Неразделимо счастие семьи...А все же если б и царице сына,Чтоб им процвел ее старинный дом...
Ксуф
Дитя мое, устроил справедливо570 Свиданье наше бог, и ты отнынеСо мною связан крепко. И печаль,Которой ты охвачен, справедлива.Я сам делю ее. Ну, бог пошлет,Узнаешь и о матери. Дай время:Еще и мать отыщем. А теперьНемедля храм покинь ты и скитальцаУдел забудь, мой сын. Душой с отцомСольешься ты. И вместе мы в АфиныОтправимся — там роскошь и престол580 Отцовские, и там ничто недуговБезродности и нищеты тебе,Конечно, не напомнит. Вспомни только,Что ты и благороден и богат.Но ты молчишь? Лицо к земле ты клонишь?К заботам ты вернулся... Иль отцуТы отравить тревогой радость хочешь?..
Ион
Различен вид вещей, — глядишь ли ихТы издали иль подойдешь, чтоб видеть.Судьбу свою приветствую — отцаЯ приобрел. Но слушай, что приходитМне в голову: афинский род — исконный,590 Не пришлый род, и славен город ваш.А я войду в Афины и с собоюДва приведу недуга — ты пришлец,Да я еще, твой незаконный сын.Останусь ли в бессилье я — от гражданДвойной укор: ничто и из ничьих.А меж гребцов явившись первым, еслиЯ захочу и значить что-нибудь, —Вот ненависть бессильных и готова.Ведь власть всегда обидна. Ну, а лучшимИ сильным, если эти люди толькоСпокойствие свое предпочитаютОраторским успехам и в дела600 Не мечутся, глупцом я покажуся.«И он туда ж, как будто бы у насИ без него не вдоволь было шуму».А голоса влиятельных мужей,Политиков афинских? Или сануВысокому грозить они не будут?..Ведь так везде бывает, мой отец:Кто в государстве власть имеет — властиСвоей сопернику заклятый враг.А что же я найду в палатах царских,Где я глаза жене твоей бы стал,Незваный гость, мозолить? Не с тобой лиОна делила горе, а теперь610 Все бремя ей ты отдал бы. Послушай:Да разве же возможно было б ейМеня не ненавидеть, постоянноТерзаясь нашей близостью, когдаОна — жена бездетная, и только?..Тебе, отец, на выбор: иль меняЖене твоей предать в угоду, илиНаполнить смутой дом. Да не забудь,Что и у жен про вас еще бываетИ нож и яд, когда на то пошло.Но мне, отец, твоей царицы жаль,Что без детей стареет, благородных620 Корней побег, а не дает плода...Ты хвалишь царский жребий. Точно, с видуОтраден он, но глубже загляни:Там каково? О, счастье! О, блаженство!Век трепетать насилья, озираясь,Не свило ли поблизости гнезда.Безвестное, но счастье! — а тираномЯ быть не льщусь. Он рад, коль залучитВ друзья себе злодеев. Всякий честныйТирану — острый нож. Трепещет онВ нем своего убийцы. Скажешь: деньгиВознаградят за все — в обилье сладость.Нет, не хочу дрожать при каждом шуме,630 Над сундуками сидя; мне тревогиБогатых ненавистны. Я беспечнойХочу и скромной жизни. Здесь, отец,Кой-чем и мы владеем: нет приятнейДосуга человеку, а у насНайдется и досуг: хлопот немного.С пути меня никто, злодей, не сбросит,И уступать тому, кто ниже нас,Дороги я не должен, что несносно.Молюсь богам, беседую с людьмиИ радостным служу, а не печальным.640 Одних проводишь — новые идут.Не надоешь ты людям, и они,Сменяясь, интересней. Что мы дажеИ против воли ценим — справедливость,Законом и природою заразМне привита во славу бога. ЭтоСоображая все, я нахожу,Что здешняя афинской жизни лучше.Оставь меня при храме: все равно,Великим ли иль малым кто доволен...
Корифей
Ты хорошо сказал; моим друзьямОт слов твоих пускай бы — только счастье.
Ксуф
650 Довольно слов! Учись счастливым быть.А для начала я на месте встречиУстрою пир для всех, и мы за столС тобою сядем, — наверстаю жертву,Что не принес к рожденью твоему.Тебя я пиром ублажу, а послеВ Афины ты поедешь, но как гость.Осмотришь город славный. Сыном яНе назову тебя еще. ЦарицуБездетную мне счастьем огорчатьСвоим бы не хотелось. Будет время,Когда, со мной согласная, самаТебе вручит она права на царство.660 Ион, сиречь, Идущий — вот тебеИ имя, сын. Следы связал с моимиТы первый, как из храма выходил я;Ступай же, созови друзей на пир:Отвальная с богатой жертвой будет...А вам, рабыни, цепи на уста![445]Коли жене хоть слово, — ждите казни.
Ион
Идти — пойду. Но счастья в сердце нет.Коль не найду родимой, царь-отец,670 Мне жизнь не в жизнь. Добавлю пожеланье,Чтоб род ее афинский был, — тогда,Хоть с женской стороны, свободоречьеНаследием мне будет,[446] а не тоВ народе чистокровном чужестранец,Хоть по закону гражданин — в советеОн тот же раб: свободоречья нет...