Читаем Торнатрас полностью

– Для двух слушателей и сотни вшей, – уточнила его старшая дочь. – Представляешь, Пульче, что сказали бы джакузи, узнав, что мои и твои предки еще вчера были вшивыми дикарями!

– Тогда бы они уж не сомневались, что мы настоящие дикие монстры.

Рассказ Коломбы

Так закончилась вторая часть моей жизни. Первая продолжалась одиннадцать лет. Вторая – всего полтора года. Какой будет третья и что в ней приключится – хорошее, плохое? – я пока не знаю (надеюсь – хорошее). Э-будем-посмотрети, как говорит Араселио.

Вторая часть моей жизни закончилась в феврале четырьмя свадьбами, одним крещением и одной местью.

Начнем с мести. Нет, мстили не мы – не я, не мама и никто из нашей семьи. Мы были слишком счастливы. И у нас были другие заботы.

Наверно, это была судьба, или даже не так: наши враги сами себя наказали. «Зло siempre, то есть всегда, обращается против злодеев», – говорит мой дядя Араселио. Надо очень верить, чтобы так говорить, потому что его давнишнему преследователю генералу Пиночету за его злодеяния пока ничего еще не было. Даже за то, что он приказал отрубить руки Виктору Харе, чтобы тот не мог играть на гитаре и после смерти…

– Это тоже еще будем посмотрети, – говорит муж моей тети Мити.

Да. Муж. Потому что одна из четырех свадеб была как раз их. А вторая, в тот же день, – свадьбой тети Динуччи и Станислава. Шлейфов у невест не было, но если бы были, то несли бы их мы, Пульче, Селина, Джарра, Иммаколата и остальные девочки из Упрямой Твердыни. Папа и моя бабушка Китукси играли дуэтом на протяжении всей свадьбы. Филиппо выводил что-то романтичное и душещипательное, а кларнет моей бабушки (его зовут Тоби) как будто по-дружески над ним подтрунивал. «Девчонки» смеялись так, что на глазах у них выступили слезы. Потом и Араселио со Станиславом присоединились к музыкантам, и получился отличный квартет.