Читаем Топоры и стрелы полностью

Депутация эссекских вилланов каким-то чудом прорвалась к королю и пожаловалась на явную несправедливость. Эти люди довольно смиренно, но недвусмысленно напомнили его величеству, что нарушать честное королевское как-то и не вполне хорошо. Теперь Ричард чувствовал за спиной немалую силу, уже не играл в отца народа и в тонкой дипломатии больше не видел нужды.

Он сказал как отрезал:

– Рабами вы были, рабами и останетесь!

Чуть позже это выражение, «ваше рабское состояние», попало и в официальные документы, исходившие от короля. Разные бывают отцы и братья, разные.

По всей Англии разъезжали карательные отряды, один из них возглавил сам король. Джон Болл был схвачен в Сент-Олбансе, где он пытался организовать сопротивление, и предан смерти в точном соответствии с процедурой казни за государственную измену. Пощады он не просил и ни в чем не каялся. Не тот был мужик.

Начался натуральный террор, сплошь и рядом без всякой пародии на суд. Достаточно было любому доносчику ткнуть в кого-то пальцем и заявить, что он был с мужиками, как ему без всяких разбирательств отрубали голову.

Очевидец событий, каноник из Листера, писал в своей хронике: «И вот по королевскому повелению был послан судья Роберт Трезильян для следствия над восставшими против мира и для наказания их. Разъезжая повсюду, он никому не давал пощады и произвел великое кровопролитие. Ибо над всеми, кто был обвинен перед ним в вышесказанном деле, справедливо ли или из неприязни, он немедленно произносил смертный приговор. Одних он приказывал обезглавливать, других просто вешать, иных велел волочить через весь город, затем обезглавить, четвертовать и вешать в четырех концах города, у иных же приказывал выпускать внутренности и сжигать их на глазах у них, пока они были еще живы, а затем четвертовать их и вешать в четырех частях города, воздавая каждому по заслугам его».

Трезильян, главный судья королевства, печально прославился как самый жестокий палач. Остальные усмирители, впрочем, мало в чем ему уступали. Самый яркий пример – некогда богатая и зажиточная деревня Поверелл. После того как туда нагрянул очередной карательный отряд, из пятисот жителей в живых остались только четыре семейства.

Виселицы стояли повсюду. Когда король узнал, что родственники жертв потихоньку снимают с них покойников и хоронят их, он приказал приковывать тела казненных к виселицам железными цепями. Это распоряжение было отменено только через год.

По подсчетам известного английского историка XIX в. Д. Грина, всего было казнено около семи тысяч человек. Для тогдашней Англии с населением примерно в два с половиной миллиона человек это немало. В ноябре 1381 г. Ричард объявил амнистию почти всем участникам восстания, но вовсе не по благородству души, а оттого, что в королевстве катастрофически не хватало рабочих рук. Это произошло еще и из-за эпидемии чумы, прокатившейся по Англии чуть раньше, в середине столетия. Казнить народ и дальше было просто-напросто экономически невыгодно.

Джон Уиклиф репрессии избежал. Очень многие из его прежних доброжелателей, в том числе герцог Ланкастер, от него отвернулись, когда выяснилось, что труды этого человека послужили идейной основой восстания, но этим дело и ограничилось. В 1382 г. церковь осудила его как еретика, но и тут обошлось без последствий. Папа Урбан Шестой приказал Уиклифу явиться в Рим на церковный суд, откуда тот наверняка не вернулся бы живым, но знаменитый проповедник это решение проигнорировал.

Он прожил после восстания еще три года, и власти не решились его тронуть, опасаясь нового серьезного мятежа. Уиклиф был крайне популярен во всех слоях общества. Какое-то время сторонником его идей был даже один из дядей короля, но от этого открестился, когда резко поменялась политическая конъюнктура.

Правда, злопамятные церковные иерархи не оставили Уиклифа в покое и после смерти. В 1428 г. некий «возмущенный народ» выкопал его останки из могилы и сжег, а пепел бросил в реку Свифт.

Лолларды на двадцать лет ушли в подполье. Это уже была не только нищая братия. К ним примкнуло большое количество мирян, причем не только ремесленников, мастеровых и крестьян, но и дворян, порой весьма знатных. Власти охотились на них со всем усердием, особенно церковные. Его последователи развивали идеи Уиклифа, проповедовали, что в делах веры людям следует руководствоваться исключительно Священным Писанием. С его помощью любой человек может спасти душу без всякого посредничества священнослужителей, которые, в общем, и не нужны.

Проповедями в укромных местах лолларды не ограничивались. Они еще и перевели Библию с латинского на английский язык, что в те времена тоже считалось ересью и категорически запрещалось. Некоторые историки считают, что эту работу начал сам Уиклиф.

В 1395 г. почтенные господа, члены парламента, направляющиеся на очередное заседание, обнаружили воззвание лоллардов, прибитое к парадной двери Вестминстер-Холла, дворцового здания, где работал этот орган власти. После этого репрессии еще более усилились.