Читаем Топонимы Мурмана полностью

Около Лумбовской губы Белого моря одно из озер называется Гагарьим.

Крохалям посвящено несколько топонимов, в том числе название острова в Белой губе озера Большая Имандра Шоппыркьсуол, или Крохальный, и Крохалиный наволок в Кандалакшской губе.

Саамские названия реки Часнайок, впадающей в реку Меридиональную (система озера Имандра), и гор Северный и Южный Часначорр в Западных Хибинах в основе своей содержат слово часн - дятел. В переводе на русский эти топонимы означают - Дятловая река и Северный и Южный Дятловые горные хребты.

Любопытные пестрые птички кукши, вероятно, любили селиться около реки Кукши, правого притока реки Поноя.

Чиучисуайнек, или Ястребиный ручей, впадает в Имандру между Вите-губои и Кислой губой. Чиевч - по-саамски полевой чирок, которого местное население называет ястребом.

В средней части озера Ловозеро лежит островок Кайсуол (в переводе на русский - Чаячий остров). В реку Кипу, приток реки Колы, впадает река Кайхъяврйок - река Чаячь- его озера. Начало она берет в озере Кайхъявр, то есть в Чаячьем озере. В системе реки Кицы еще одно озеро называется Кайявр (Чаячье озеро). В верховьях Поноя находится озеро Кайявр, опять Чаячье озеро. В озеро Нотозеро впадает река Кайок, или Ка-река, в переводе с саамского - Чаячья река. По-саамски чайка - каин, или кайег, а в последнем топониме усеченное слово ка тоже, по-видимому, означает чайка.

Яичная тундра (по-саамски - Маннепахкь); Яичное Верхнее и Нижнее озера, через которые протекает река Умбозерская, впадающая в Умбозеро; залив Яички на Терском берегу западнее маяка Орловского; Яичный островок в губе Охто-Канда озера Экостровская Имандра (этот островок чаще называется по саамски Манньсуолнеч, что также означает Яичный островок). Напротив островка лежит мыс Манньсуолнечнярк - наволок Яичного островка. Возвышенность с названием Маннепахк (Яичная возвышенность) мы встречаем и в Хибинских тундрах, и в юго-западной части Ловозерских тундр. Из озера Маныш (Яичко), или Манья (также Яичко), вытекает речка Манья, впадающая в приток реки Туломы реку Печу.

Из перечисленных названий отдельные, например, озеро Маныш, залив Яички, скорее всего, названия получили по форме, напоминающей яички. Но большинство названий этой группы образовалось в связи с изобилием гнездовий птиц в тундрах, на островах, на берегах губок. Сегодня на отдельных "яичных" географических объектах мы не найдем обилия гнезд: топонимы, подобные Маннепахк, стали реликтовыми.

Западнее озера Имандра стоит горный массив, названный русскими Волчьими тундрами. Волки наносили большой урон хозяйству саамов и поморов. "Волчьи" топонимы саамы давали в большинстве случаев в иносказательной форме, чтобы, как им казалось, не привлечь к этим объектам внимания хищников и предостеречь оленеводов от опасности. Одним из иносказательных имен волка было чирм, или черм, а оно близко к названию молодого оленя - чирмек. Отсюда названия озера Чирмъяер (Волчье озеро); озеро Чирмозеро, которое через реку Восточная Лица соединено с Баренцевым морем; горы Черьмкармпахкь (Волчья гора) в верховьях реки Рынды.

В северной части озера Ловозеро лежит остров Римньсуол (в переводе с саамского - Лисий остров). Лисий наволок - в губе Титовской Мотовского залива, здесь находилось селение Лисий Наволок. Эти названия вроде бы не вызывают сомнения, в основе они имеют слово лисий.

Но вот Лисий наволок в озере Экостровская Имандра вовсе не "лисьего" происхождения. Саамы называют наволок Лыстьнярк, первое слово которого лысть означает лист. А дальше название Листьевый было русифицировано, так как слово лысть близко по звучанию с русским - лисиц. Наволок называют еще и Березовым.

Немало на Кольском полуострове "заячьих" и "беличьих" топонимов. На берегу губы озера Экостровская Имандра с длинным саамским названием Уаррепаутелухт (в переводе - залив Беличьей пахгы) стоит скала Беличья пахта. Губа названа по пахте. Губу ограничивает с одной стороны мыс Беличий наволок, по-саамски - Уаррапауданярк.

Заячья тундра близ озера Чупозеро называется еще и Песцовая. Вероятно, одному охотнику здесь больше встречались зайцы, а другому - песцы.

Почти на берегу озера Пахтъявр в системе реки Колы стоит невысокая гора, называемая Нюэммельвыд-тундра, то есть Заячья тундра. Небольшая река из системы Ловозера (приток реки Морейок) носит название Нюэммельлампьйок - река Заячьего торфяного болота. В южной части Ловозера лежит островок Нюэммельсуол - Заячий остров.

Перейти на страницу:

Похожие книги

Славянский разлом. Украинско-польское иго в России
Славянский разлом. Украинско-польское иго в России

Почему центром всей российской истории принято считать Киев и юго-западные княжества? По чьей воле не менее древний Север (Новгород, Псков, Смоленск, Рязань) или Поволжье считаются как бы второсортными? В этой книге с беспощадной ясностью показано, по какой причине вся отечественная история изложена исключительно с прозападных, южно-славянских и польских позиций. Факты, собранные здесь, свидетельствуют, что речь идёт не о стечении обстоятельств, а о целенаправленной многовековой оккупации России, о тотальном духовно-религиозном диктате полонизированной публики, умело прикрывающей своё господство. Именно её представители, ставшие главной опорой романовского трона, сконструировали государственно-религиозный каркас, до сего дня блокирующий память нашего населения. Различные немцы и прочие, обильно хлынувшие в элиту со времён Петра I, лишь подправляли здание, возведённое не ими. Данная книга явится откровением для многих, поскольку слишком уж непривычен предлагаемый исторический ракурс.

Александр Владимирович Пыжиков

Публицистика
Кланы Америки
Кланы Америки

Геополитическая оперативная аналитика Константина Черемных отличается документальной насыщенностью и глубиной. Ведущий аналитик известного в России «Избор-ского клуба» считает, что сейчас происходит самоликвидация мирового авторитета США в результате конфликта американских кланов — «групп по интересам», расползания «скреп» стратегического аппарата Америки, а также яростного сопротивления «цивилизаций-мишеней».Анализируя этот процесс, динамично разворачивающийся на пространстве от Гонконга до Украины, от Каспия до Карибского региона, автор выстраивает неутешительный прогноз: продолжая катиться по дороге, описывающей нисходящую спираль, мир, после изнурительных кампаний в Сирии, а затем в Ливии, скатится — если сильные мира сего не спохватятся — к третьей и последней мировой войне, для которой в сердце Центразии — Афганистане — готовится поле боя.

Константин Анатольевич Черемных

Публицистика