Тем временем турки направили в Варну свой флот. Адмирал Слейд, англичанин, который командует им, видимо, настроен весьма радужно. Но это также весьма рискованный шаг. Правда, русский флот, по всей вероятности, уступает турецкому во всем, кроме численности; но до тех пор, пока у русских будет вдвое больше орудий и линейных кораблей, чем у турок, последние не смогут решиться на сражения вне зоны досягаемости своих береговых батарей. А если это так, то их флот занимал бы лучшую и более безопасную позицию, находясь в Босфоре, где русские едва ли попытаются его блокировать. В Варне турецкий флот рискует оказаться полностью парализованным, тогда как в Босфоре он сохранил бы за собой свободу действий и мог бы быть использован для экспедиций к Трапезунду, к берегам Кавказа и против отдельных баз русского флота.

Следовательно, мы волей-неволей вынуждены признать, что во всех отношениях русские превосходят турок. Удастся ли Омер-паше, этому бесспорно способному военачальнику, изменить соотношение сил благодаря своим личным качествам, покажет будущее. Однако старик Паскевич — генерал, хотя и медлительный, но опытный, и провести его будет не так-то легко.

Написано Ф. Энгельсом около 21 октября 1853 г.

Печатается по тексту газеты

Напечатано в газете «New-York Daily Tribune» № 3919, 8 ноября 1853 г. в качестве передовой

Перевод с английского

На русском языке публикуется впервые

Ф. ЭНГЕЛЬС

СВЯЩЕННАЯ ВОЙНА

На Дунае началась, наконец, война — война религиозного фанатизма с обеих сторон, война за осуществление традиционных честолюбивых целей — со стороны русских, война не на жизнь, а на смерть — со стороны турок. Как и следовало ожидать, Омер-паша первый начал настоящие военные действия. Ему по долгу надлежало произвести ту или иную демонстрацию готовности изгнать вторгшегося неприятеля силой оружия из пределов Оттоманской империи. Ни в коем случае, однако, нельзя считать достоверным, что он перебросил через Дунай от 30000 до 50000 человек, как об этом распространяют слухи из Вены; если же он это действительно сделал, то есть основания опасаться, что он допустил роковую ошибку. Берег, который он покидает, обеспечивает ему хорошую позицию и богатые средства обороны; на берегу, который он стремится занять, он будет располагать меньшими, чем у противника, силами для наступления и будет лишен путей отхода в случае поражения. Поэтому сообщение о переходе его через Дунай с такими силами следует взять под сомнение до получения более точных известий.

Если в Европе война началась для турок при неблагоприятных обстоятельствах, то иначе обстоит дело в Азии. Здесь территория у границы между Турцией и Россией разделяется с военной точки зрения на два совершенно обособленных театра военных действий. Горный хребет, или, вернее, ряд хребтов, связывает Кавказ с плоскогорьем центральной Армении и образует водораздел между реками, впадающими в Черное море, и Араксом, несущим свои воды в Каспийское море, а также Евфратом, впадающим в Персидский залив. Этот хребет, который раньше отделял Армению от Понта, разделяет теперь две обособленных области, в которых должна будет вестись война. Представляя собой цепь круто обрывающихся и почти голых скал, он пересекается очень немногими дорогами, из которых наиболее важны две, идущие от Трапезунда и Батума на Эрзерум. Таким образом, эти вершины можно считать почти непреодолимыми для каких-либо военных целей, что вынуждает обоих противников иметь по обе стороны их особые воинские соединения, которые будут действовать более или менее независимо друг от друга.

Местность на побережье Черного моря прорезывается множеством рек и горных потоков, которые образуют столько же военных оборонительных позиций. Как русские, так и турки имеют укрепленные посты в важнейших пунктах. В этой и о преимуществу пересеченной местности (только долина реки Рион образует своего рода равнину) оборонительная война могла бы с большим успехом вестись против обладающей численным превосходством армии (так как благодаря горам лишь немногие) позиции могут быть обойдены со стороны суши), если только эта армия не будет взаимодействовать с соответствующими соединениями флота. Приближаясь к побережью и высаживая, в случае необходимости, десанты на фланге противника, в то время как армия ведет боевые действия с фронта, флот мог бы обойти все эти сильные позиции одну за другой и нейтрализовать, а то и уничтожить укрепления, которые ни на той, ни на этой стороне от границы не являются сколько-нибудь внушительными. Таким образом, побережье Черного моря принадлежит тому, кто господствует на море; или, другими словами, если союзные флоты не станут активно взаимодействовать с турками, то это побережье будет, по всей вероятности, принадлежать русским.