Читаем Том 5. Драмы полностью

О, если ваши продолжатся бредни…То это, верно, не последний.

Арбенин

Кто знает… может быть…Послушай, Нина!.. Я смешон, конечно,Тем, что люблю тебя так сильно, бесконечно,Как только может человек любить.И что за диво? у других на светеНадежд и целей миллион.У одного богатство есть в предмете,Другой в науки погружен,Тот добивается чинов, крестов иль славы,Тот любит общество, забавы,Тот странствует, тому игра волнует кровь…Я странствовал, играл, был ветрен и трудился,Постиг друзей коварную любовь,Чинов я не хотел, а славы не добился.Богат и без гроша был скукою томим.Везде я видел зло и, гордый, перед нимНигде не преклонился.Всё, что осталось мне от жизни, это ты:Созданье слабое, но ангел красоты:Твоя любовь… улыбка… взор… дыханье.Я человек: пока они мои,Без них нет у меня ни бога, ни души,Ни чувства, ни существованья,Но если я обманут... если яОбманут… если на груди моей змеяТак много дней была согрета — если точноЯ правду отгадал… и, лаской усыплен,С другим осмеян был заочно…Послушай, Нина!.. я рожденС душой кипучею, как лава:Покуда не растопится, твердаОна как камень… но плоха забаваС ее потоком встретиться… тогда,Тогда не ожидай прощенья.Закона я на месть свою не призову,Но сам без слез и сожаленьяДве наши жизни разорву!..

(Хочет взять ее за руку. Она отскакивает в сторону.)

Нина

Не подходи… о, как ты страшен!

Арбенин

Неужели?..Я страшен?.. нет, ты шутишь… я смешон!Да смейтесь, смейтесь же… Зачем, достигнув целиБледнеть и трепетать?…скорее, где же он,Любовник пламенный, игрушка маскерада?Пускай потешится, придет;Вы дали мне вкусить почти все муки адаИ этой лишь недостает.

Нина

Так вот какое подозренье!И этому всему виной один браслет.Поверьте, ваше поведеньеНе я одна, но осмеет весь свет!

Арбенин

Да! смейтесь надо мной, вы все глупцы земные,Беспечные, но жалкие мужья,Которых некогда обманывал и я;Которые меж тем живете, как святыеВ раю… увы!.. но ты мой рай,Небесный и земной… прощай!..Прощай, я знаю всё. (Ей) Прочь от меня, гиена!И думал я, глупец, что тронута, с тоской,С раскаяньем во всем передо мнойОна откроется… и сам был на коленаПред ней готов упасть, когда бы увидалОдну слезу… одну… нет! смех был мне ответом.

Нина

Не знаю, кто меня оклеветал,Но я прощаю вам: я не виновна в этом…Жалею, хоть помочь вам не могу,И чтоб утешить вас, конечно, не солгу.

Арбенин

О, замолчи… прошу тебя… довольно.

Нина

Но слушай… я невинна.

Арбенин

Пусть.

Нина

Но слушай: я клянуся.

Арбенин

НаизустьЯ знаю всё, что скажешь ты.

Нина

Мне больноТвои упреки слушать… я люблюТебя, Евгений.

Арбенин

Перейти на страницу:

Все книги серии Лермонтов М.Ю. Собрание сочинений в 6 томах [1954-1957]

Похожие книги

Том 2: Театр
Том 2: Театр

Трехтомник произведений Жана Кокто (1889–1963) весьма полно представит нашему читателю литературное творчество этой поистине уникальной фигуры западноевропейского искусства XX века: поэт и прозаик, драматург и сценарист, критик и теоретик искусства, разнообразнейший художник живописец, график, сценограф, карикатурист, создатель удивительных фресок, которому, казалось, было всё по плечу. Этот по-возрожденчески одаренный человек стал на долгие годы символом современного авангарда.Набрасывая некогда план своего Собрания сочинений, Жан Кокто, великий авангардист и пролагатель новых путей в искусстве XX века, обозначил многообразие видов творчества, которым отдал дань, одним и тем же словом — «поэзия»: «Поэзия романа», «Поэзия кино», «Поэзия театра»… Ключевое это слово, «поэзия», объединяет и три разнородные драматические произведения, включенные во второй том и представляющие такое необычное явление, как Театр Жана Кокто, на протяжении тридцати лет (с 20-х по 50-е годы) будораживший и ошеломлявший Париж и театральную Европу.Обращаясь к классической античной мифологии («Адская машина»), не раз использованным в литературе средневековым легендам и образам так называемого «Артуровского цикла» («Рыцари Круглого Стола») и, наконец, совершенно неожиданно — к приемам популярного и любимого публикой «бульварного театра» («Двуглавый орел»), Кокто, будто прикосновением волшебной палочки, умеет извлечь из всего поэзию, по-новому освещая привычное, преображая его в Красоту. Обращаясь к старым мифам и легендам, обряжая персонажи в старинные одежды, помещая их в экзотический антураж, он говорит о нашем времени, откликается на боль и конфликты современности.Все три пьесы Кокто на русском языке публикуются впервые, что, несомненно, будет интересно всем театралам и поклонникам творчества оригинальнейшего из лидеров французской литературы XX века.

Жан Кокто

Драматургия