Читаем Том 12 полностью

Проходя по любому из глубоких горных ущелий, вдоль которых, извиваясь, поднимаются дороги, ведущие от северных склонов Альп к их южному скату, вы на каждом повороте пути встречаете грозные оборонительные позиции. Возьмите, например, хорошо известную Виамала. Не найдется офицера, который не вызвался бы с одним батальоном удержать это ущелье против неприятеля при условии, что его не обойдут с тыла. Но в этом-то и заключается все дело. Даже на самых высоких хребтах Альп нет ни одного горного прохода, который нельзя было бы обойти. Наполеоновский принцип ведения горной войны гласил: «Где может пройти козел, там может пройти человек; где пройдет человек, там пройдет и батальон, а где батальон, там армия». Суворову и пришлось это совершить, когда он оказался плотно запертым в долине Рейса: ему пришлось вести свою армию по пастушьим тропам, где можно было пройти лишь по одному, в то время как следом за ним шел Лекурб, лучший французский генерал в ведении горной войны.

Вот эта-то простая возможность обойти неприятеля с лихвой перекрывает силу оборонительных позиций, фронтальная атака против которых часто была бы совершенным безумием. Охрана всех путей, по которым можно обойти такую позицию, означала бы для обороняющейся стороны такое распыление сил, что поражение было бы неминуемо. В лучшем случае эти пути можно только держать под наблюдением, а отражение атаки войск, совершающих обход, должно зависеть от разумного использования резервов и от сообразительности и быстроты действий командиров отдельных частей; и все же, если бы из трех или четырех колонн, совершающих обход, хотя бы одна добилась успеха, то обороняющаяся сторона попала бы в такое же трудное положение, как и в случае, если бы успех был достигнут всеми колоннами. Таким образом, с точки зрения стратегии наступление в горной войне имеет решительное преимущество перед обороной.

К тому же самому выводу мы приходим и при рассмотрении вопроса с чисто тактической точки зрения. Оборонительными позициями всегда будут служить узкие горные ущелья, занятые расположенными в долине сильными колоннами и прикрытые стрелковыми цепями на высотах. Эти позиции можно обойти либо с фронта, когда группы стрелков взбираются по склонам долины и обходят фланги лучших стрелков обороняющейся стороны, либо послав отряды по гребню хребта, где это возможно, или по параллельно идущей долине, причем войска, совершающие обход, используют какой-нибудь горный проход для нападения на обороняющийся отряд с фланга или тыла. Во всех этих случаях отряды, совершающие обход, имеют на своей стороне преимущество господствующего положения; они занимают более высоко расположенные участки местности, которые возвышаются над долиной, занятой их противником. Они могут скатывать на него камни и деревья, ибо в настоящее время не найдется колонны, которая оказалась бы настолько безрассудной, чтобы вступить в глубокое ущелье, не очистив предварительно его склонов; таким образом, этот еще недавно излюбленный способ обороны обратился теперь против обороняющихся. Другим невыгодным условием для такой обороны является то, что сила огнестрельного оружия, на которой в основном зиждется оборона, в горной местности в значительной степени ослабляется. Артиллерия почти бесполезна, а в тех случаях, когда ее используют всерьез, ее обычно бросают при отступлении. Так называемая горная артиллерия, состоящая из легких гаубиц, перевозимых на мулах, весьма малоэффективна, как это убедительно доказывает опыт французов в Алжире[110]. Что же касается использования ружей и винтовок, то укрытия, которые повсюду имеются в такой местности, лишают оборону весьма важного преимущества, а именно, наличия перед оборонительной позицией открытого пространства, которое неприятель должен пройти под огнем. Таким образом, и с тактической и со стратегической точек зрения мы приходим к выводу, сделанному эрцгерцогом Карлом Австрийским, одним из лучших полководцев горной войны и одним из классических авторов, писавших по этому вопросу, — а именно, что в войне этого типа наступление имеет огромное преимущество перед обороной.