Читаем Только не смотрите полностью

— Да. В данный момент он не хочет, чтобы его видели. Кроме того… — Лиман с заговорщицким видом помолчал, искоса взглянул на «коричневого» и тут же снова уткнулся в свой стакан. — Кроме того, мне почему-то кажется, что вы тоже его видите… в каком-то смысле.

На добрых полминуты «коричневый» замер, точно изваяние; даже льдинки в его стакане не позвякивали. Он как будто бы перестал дышать; по крайней мере за все время он ни разу не моргнул, это уж точно.

— И что заставляет вас прийти к такому выводу? — наконец совершенно нормальным голосом спросил он.

— Ну, я… А я разве что-то сказал? Уж и не припомню. — Лиман резко поставил стакан. — Пойду, пожалуй.

— Никуда вы не пойдете. — Пальцы «коричневого» сомкнулись на запястье Лимана. — Во всяком случае сейчас. Сидите и не рыпайтесь. Что это вам вдруг приспичило? Куда вы собрались?

Лиман кивнул в дальний конец бара, указывая то ли на музыкальный автомат, то ли на дверь с надписью «ТОЛЬКО ДЛЯ МУЖЧИН».

— Мне что-то нехорошо. Может, слишком много выпил. Наверное, мне лучше…

— С вами все в порядке. Подумать только, вокруг сплошные невидимки! В общем, вы меня не убедили. Но вы останетесь здесь, пока не уйдет этот марсианин.

— Он уже уходит, — сообщил Лиман; его взгляд быстро перемещался вдоль невидимой линии, пока не уперся во входную дверь. — Видите, ушел. Ну что, теперь вы меня отпустите?

«Коричневый» бросил взгляд на дальнюю кабинку.

— Никуда он не уходил. Сидит, где сидел.

Теперь настала очередь Лимана обратиться в потрясенное изваяние — с той лишь разницей, что лед в его стакане громко позвякивал. Наконец Лиман заговорил — негромко и почти трезвым голосом:

— Вы правы. Он все еще здесь. Выходит, вы его видите?

— Он сидит спиной к нам? — спросил «коричневый».

— Значит, вы его все-таки видите. И даже лучше меня. А может, их тут больше, чем мне кажется? Может, они повсюду? Может, они всегда рядом с нами, куда б мы ни пошли, а мы даже не догадываемся об этом, пока не… — Лиман покачал головой. — Они хотят быть уверенными на все сто, — продолжал он, обращаясь скорее к самому себе. — Они отдают нам приказы, потом стирают нам память, и все же… Наверняка существуют пределы того, что можно внушить человеку. Ну, к примеру, человек никогда сам себя просто так не выдаст, заставляй его не заставляй. Поэтому иногда они за нами следят… чтобы быть уверенными на все сто.

Лиман поднял стакан и резко опрокинул его себе в рот. Лед заскользил по наклонной стеклянной поверхности, обжег холодом губы, но Лиман удерживал стакан до тех пор, пока последний бледный, пронизанный пузырьками кусочек не упал на язык. Затем Лиман поставил стакан на стойку, повернулся к «коричневому» и спросил:

— Ну?

«Коричневый» оглядел бар.

— Чуть позже, — ответил он. — Народу осталось совсем немного. Подождем еще чуточку.

— И чего же мы ждем?

«Коричневый» снова глянул в сторону кабинки и тут же отвел глаза.

— Я хочу кое-что вам показать. Но если это увидит кто-то еще…

Он покачал головой. Лиман оглядел узкое задымленное помещение. Прямо у него на глазах последний клиент, сидевший у стойки (кроме них самих, разумеется), порылся в кармане, бросил бармену мелочь и медленно вышел.

Некоторое время они сидели в молчании. Бармен бесстрастно, без малейшего интереса поглядывал на них. Вскоре парочка, размещавшаяся в кабинке неподалеку, поднялась и также отбыла, негромко ссорясь между собой.

— Ну так что? Сколько их здесь? — спросил «коричневый» как можно тише, чтобы бармен ничего не услышал.

— Только… — Лиман не закончил, лишь кивнул в направлении задней части зала. — Но он не смотрит. Думаю, уже можно. Что вы хотели мне показать?

«Коричневый» снял наручные часы и открыл металлический корпус. Из часов выскользнули две маленькие глянцевые фотографии, и «коричневый» ногтем разделил их.

— Только сначала я хочу кое в чем убедиться, — сказал он. — Во-первых, почему вы выбрали именно меня? Не так давно вы сказали, что целый день таскались за мной, проверяя, что да как. Я этого не забыл. Ну, выкладывайте.

Ерзая на стуле, Лиман хмуро поглядел на него.

— Все дело в том, как вы смотрели на вещи, — пробормотал он. — В метро сегодня утром… до сегодняшнего утра я никогда в жизни вас не видел, но сразу обратил внимание, как вы смотрите на вещи… На неправильные вещи, которых там на самом деле нет. Точно так, как смотрят коты, — глянете краешком глаза и быстро отводите взгляд… И у меня мелькнула мысль: а вдруг вы тоже видите марсиан?

— Очень интересно. Дальше, — сказал «коричневый».

— Ну, я и пошел за вами. Целый день ходил, надеясь, что вы именно тот… с кем я могу поговорить, кому могу признаться. Раз я не единственный, кто может видеть марсиан, стало быть, еще не все потеряно. Это, знаете ли, хуже одиночного заключения. Я уже три года их вижу. Три года! Целых три года я хранил свой секрет, и никто меня не заподозрил, даже сами марсиане. Мне столько раз хотелось покончить жизнь самоубийством, но каким-то образом я сдержался. Сам не знаю как.

— Три года? — вздрогнув, переспросил «коричневый».