Читаем Точечный удар полностью

С одной стороны, появление этого человека может быть элементарной провокацией спецслужб, которые каким-то образом заподозрили, что Лариса не до конца откровенна со следователями. Если это так, то она все равно будет придерживаться прежней линии поведения. В этом нет ничего страшного. Помурыжит ее этот дедок и уйдет ни с чем. Лариса уже не боялась ответственности за дачу заведомо ложных показаний. Пусть этой статьей дураков пугают. Она в случае чего всегда сможет выкрутиться, сославшись на отсутствие в России эффективной программы защиты свидетелей. Запугал ее Игнатьев или, как его еще там, Филиппов, кажется, и все тут. Что можно взять с одинокой и слабой женщины? А вот если это пришли люди Зелимхана, тут уже дело плохо. Она покосилась на двери, за которыми сидел охранник.

– Не бойтесь меня, – перехватив ее взгляд, успокоил гость. – Помощь сотрудника вашей службы безопасности не понадобится.

– А я и не боюсь, – почему-то почувствовав себя неловко, смутилась Лариса. – Вам показалось. Просто последнее время у меня очень много неприятностей…

– Знаю, – махнул рукой мужчина, давая понять, чтобы она не утруждала себя объяснениями. – Скоро они прекратятся.

– Мы уже довольно долго общаемся, но я так до сих пор не знаю, кто вы.

– Меня зовут Федор Павлович, фамилия Родимов. – Мужчина достал носовой платок и, ослабив галстук, вытер им шею. – Я старший товарищ Антона Игнатьева. Можно сказать, начальник. Необходимость моего общения с вами вызвана лишь желанием поддержать вас в трудную минуту и напомнить, что ничего страшного, слегка искажая свои показания, вы не делаете.

– Послушайте, – не выдержала Лариса, – так долго продолжаться не может! Теперь мною занимается настоящее ФСБ, до этого я устала посещать милицию и прокуратуру. Ни к тем, ни к этим, как я понимаю, ваша организация не имеет никакого отношения. Кто тогда Антон? Кто тогда вы? Больше я не знаю никаких структур, кроме криминальных.

– Давайте договоримся так. – Родимов поднялся из кресла и прошел к стене, собираясь с мыслями. – Вы убеждены в том, что бен Рашид аль-Масуд похищен Игнатьевым и убит?

– Я не совсем уверена, что он мертв, но в том, что в отношении его совершены противоправные действия руками Антона со стороны какой-то криминальной группировки, меня уже не переубедить, – выдохнула Лариса. – Почему в таком случае Игнатьев скрывается?

– Так надо. А развеять ваши сомнения я могу, причем со стопроцентной гарантией. – Родимов хитро посмотрел на Пузыреву. – Только после этого от вас потребуется, как и прежде, стоять на своем и ни при каких обстоятельствах не менять показаний. Вы не видели Антона на квартире своей матери и никогда не обсуждали с ним вопрос, кем в действительности является араб. Тем более не сообщали ему о том, что Масуд к вам приезжал.

– Я согласна, – кивнула она головой, с интересом глядя на гостя. – Только как вы меня убедите, что я могу вам верить?

– Завтра в десять утра вы будете иметь возможность свидания с бен Рашидом в стенах Лефортова. Я думаю, этого больше чем достаточно.

Некоторое время, переваривая услышанное, Лариса растерянно смотрела вслед уходящему по коридору гостю. Неожиданно, словно кто-то подтолкнул ее в спину, она бросилась следом.

Заслышав торопливые шаги, Родимов остановился.

– Вы так и не сказали, с ним все нормально? – спросила она, с надеждой заглядывая ему в глаза.

– Не волнуйтесь, все хорошо. – Родимов грустно улыбнулся. – И не злоупотребляйте снотворным.

– Теперь я обойдусь без него, – махнула она рукой и тут же насторожилась: – А откуда вам известно о снотворном?

– Ну как же, кто в вашем положении спокойно бы спал до нашего разговора.

– Вообще-то да, – согласилась она со столь простым объяснением. – Может, вас подвезти?

– Я на машине.

* * *

Филиппов пришел в себя на грязном и липком от крови бетонном полу небольшого помещения без окон. Со связанными за спиной руками он лежал на боку, уткнувшись в чьи-то колени. Пахло машинным маслом и выхлопными газами. Где-то за стеной шумела газосварка. Перевернувшись на спину, он огляделся. В свете тусклой электрической лампочки увидел лежащего рядом Слона. Его голова была окровавлена, а лицо до неузнаваемости распухло. Прислонившись к стене, с закрытыми глазами, у дверей сидела Дана.

– Где мы? – ни к кому не обращаясь, прохрипел он, пытаясь сесть.

Болью пронзило все тело. Судя по всему, он долго был без сознания.

Открыв глаза, девушка всхлипнула. Взгляд ее был отрешенным и усталым.

– Где мы? – повторил свой вопрос, уже обращаясь к ней, Антон.

– Не знаю, – едва шевеля разбитыми губами, пробормотала она. – Какой-то гараж. Машину тоже сюда загнали.

– Мы не дома у Шамиля?

Дана отрицательно покачала головой:

– Нет. Нас долго куда-то везли…

Превозмогая боль, Антон подполз к дверям. Прислушался. Судя по голосам, соседнее помещение было значительно больше, и там работало несколько человек.

«Может быть, автосервис или какая-нибудь сельская мастерская?» – подумал он и повернулся к Дане спиной:

– Попробуй зубами развязать веревку.

– Не смогу, – прошептала она.