— Не думал, что всё будет так сложно. Вы все кричите, как стадо баранов, а не как гордые воины степей. Но мы посовещались с мудрейшими ханами и приняли общее решение. Мы считаем, что каждый из сыновей хана Тарха заслуживает того, чтобы быть ханом. Поэтому пусть каждый бек из Тарховой орды присягнет на верность тому из новых ханов, кому он хочет служить, и вопрос закрыт. Все согласны?

— Слава мудрости великого хана Шарукана! — прокричали заранее подговоренные Шаруканом беки.

— Да будет так! — оживленно воскликнул Бегубарс. — Живи вечно, мудрый хан!

Асень и Сакзь переглянулись и также выразили своё согласие.

Слуги Шарукана внесли на подносах три новых дорогих сабли и три кнута. Он вызвал к себе по очереди всех трёх братьев, вручил им оружие, провозгласив всех троих новыми ханами.

— Желаю вам новых побед и завоеваний, хан Асень, хан Сакзь и хан Бегубарс! Пусть кипчакское племя прославится вашими стараниями. Вместе мы донесём пламя наших костров до края мира! Теперь ваше место рядом с нами.

Новоиспеченные ханы сели на ковер рядом с Шаруканом и другими ханами. Они вместе выпили вина и закусили жареной бараниной. Беки последовали примеру своих ханов. После окончания трапезы Шарукан призвал Тарховых беков определиться с выбором и поклониться новым вождям. Из двенадцати беков Асеню присягнули пятеро, Сакзю — трое и остальные четверо — Бегубарсу. В целом сложилось впечатление, что все остались довольны справедливым судом хана Шарукана. Благодаря этому его авторитет значительно повысился. К тому же, теперь он безоговорочно стал главным в союзе ханов Половецкой степи, коих теперь было шестеро, а за его плечами стояла самая сильная и многочисленная орда. После окончания ханского совета все половецкие орды разъехались по местам своих становищ, и в Шарукани стало непривычно тихо.

* * *

По дороге на новое место расположения своей орды хан Сакзь на вороном коне подъехал к своей сестре. Бике ехала на лошади буланой масти в сопровождении верной Гульнары. Сакзь сделал служанке знак рукой, чтобы та оставила его наедине с её госпожей.

— Приветствую тебя, хан Сакзь! Да живешь ты вечно! — без тени иронии в голосе поприветствовала Бике брата.

— Оставь эти церемонии для важных переговоров с другими ханами, сестра, — поморщился Сакзь. — Я просто хотел с тобой посоветоваться.

— Чем обычная девушка может помочь такому хану, как ты? Ведь глубина моих мыслей по сравнению с твоими — это все равно, что полёт ласточки по сравнению с соколиным.

— Да, но иногда и сокол по полёту ласточки понимает, куда ветер дует. Ты не обычная девушка, Бике! Во-первых, ты — ханская дочь. А во-вторых, немало тебе ума досталось от нашего отца. Вот я и хочу тебя спросить: как думаешь, зачем Шарукан всё это устроил? Ведь он запросто мог решить спор в пользу меня или кого-нибудь из братьев.

— Думаю, что так ему будет легче управлять ордами. Ты или Асень по отдельности теперь не будете ему помехами, а братец наш Бегубарс вообще боготворит Шарукана, особенно после того, как сам стал ханом, и впредь будет прислушиваться к его словам. А после смерти нашего отца у Шарукана нет больше достойного противника, который мог бы оспаривать его решения, и его воля теперь будет непреклонна.

— Значит, ты тоже считаешь, что больше всех именно Шарукану была выгодна смерть отца? Полностью с тобой согласен. Мой человек уже занимается поиском доказательств его вины.

— Знаешь, Сакзь, я бы ещё проследила не только за Шаруканом, но и за Бегубарсом. Ведь по сравнению с тобой и Асенем какой из него хан? Не хочется, конечно, подозревать брата, но если бы не скоропостижная смерть отца, не видать ему ханства, как солнца в полночь.

— Твоя мудрость не знает границ, сестра, — восхитился Сакзь. — У меня тоже были некоторые сомнения по поводу Бегубарса, но ты их только подтвердила. Жаль, что ты не родилась мужчиной — неплохой бы хан из тебя получился!

— Спасибо на добром слове, брат! Но я и девушкой себе нравлюсь. Мои мысли лишь крупицы мудрости нашего покойного отца. Я всегда буду рада помочь тебе советом, по крайней мере, пока не выйду замуж и не покину твою орду.

— Ну, тогда я не отдам тебя никому — мне такой советник ой как нужен! — заулыбался Сакзь. — Конечно, пока ты сама замуж за достойного жениха не захочешь.

Бике многозначительно вздохнула. Сакзь поцеловал её в щёку и уехал подгонять отставших кочевников, оставив сестру наедине с её мыслями.

Глава XIV

Степная вендетта