Читаем Тихий остров полностью

В ответ на это русские, к его удивлению, дружно рассмеялись.

— Да, если ведешь разговор с японцем, то никак нельзя обойти тему северных территорий! — иронично резюмировал Лев Иванович. — Слушайте, Эмигути-сан, я могу подсказать вам идеальное решение этой проблемы. Надо не нам Курильские острова отдавать Японии, а ей самой целиком войти в состав России.

Услышав подобный пассаж, японец недоуменно захлопал глазами. Судя по всему, эти слова его просто ошарашили.

Он некоторое время молчал, явно не находя слов, после чего торопливо заговорил:

— Это невозможно! — Японец пожал плечами, потряс головой. — У нас суверенная страна, свой государственный строй. В Японии правит император!..

— Ну и что? — с ходу уловив мысль Гурова, подхватил Станислав. — Россия может гарантировать Японии полную автономию, сохранение всех элементов ее государственности. В том числе и функционирование монарха. Пустяки! Зато вам-то какие выгоды! Став японо-россиянами, вы сможете селиться на Курилах, на Камчатке, на Сахалине. Без проблем! А случись Японии уйти под воду — что вполне может произойти в любой момент, — вам хоть будет где спастись.

Похоже, идея, экспромтом выданная русскими коллегами, несмотря на всю ее фантастичность, не оставила равнодушной их собеседника.

Он уважительно посмотрел на своих соседей по столу, в напряженном раздумье почесал кончик уха, сокрушенно вздохнул и заявил:

— Но у нас есть союзнические обязательства перед Америкой.

— Разве это проблема? — Гуров приятельски хлопнул его по плечу. — Вопрос с американцами мы быстро разрулим. Так что думайте! Вэлком ту Раша! — Он подмигнул.

— Очень любопытная мысль! Спасибо за интересную беседу! — Кано Эмигути раскланялся с каждым собеседником по отдельности.

Он направился к выходу и по пути пару раз озадаченно поглядел на этих ироничных русских крепышей.

Когда японец скрылся за дверью, приятели дружно рассмеялись.

— Ну, Лева, ты его и озадачил! — Стас покрутил головой. — Кстати! А вдруг японцам эта идея придется по вкусу и они надумают ее реализовать? Что делать-то будем?

— Стас, кто им позволит? Нет уж, уважаемый Эмигути-сан, такого не будет! — Гуров уверенно махнул рукой.

Лев Иванович пришел в малый конференц-зал на заседание своей секции и сразу же записался в число выступающих. К этому моменту он уже успел ознакомиться с рабочими документами, с ходу обнаружил немалое число ляпов и даже нелепиц в проекте постановления. Внешне оно выглядело абсолютно антикоррупционным. Однако крупные международные корпорации заведомо ставились в особое, привилегированное положение, тогда как субъекты экономики отдельных стран, наоборот, оказывались в роли без вины виноватых.

Как Лев и ожидал, большинство выступающих, словно сговорившись, вели речь о значимости предложенного проекта и необходимости принять без корректировки. Мол, все и так замечательно. Нечего ловить блох, особенно если их нет!

Поэтому, когда слово было предоставлено ему, он сразу же уведомил присутствующих, что намерен серьезно раскритиковать проект и потребовать внесения в него существенных поправок. Это настолько расходилось с рутинным ходом мероприятия, что в зале тут же смолкли шепотки и шушуканья. Все дружно воззрились на рослого русского полковника, который оказался не только завидным здоровяком, но еще и незаурядным интеллектуалом.

Лев Иванович окинул аудиторию насмешливым взглядом и продолжил:

— К сожалению, господа, в данном проекте имеются не только блохи, но и кое-что покрупнее, способное в перспективе существенно облегчить жизнь транснациональной саранче.

При его последних словах кое-где вспыхнул смех, даже раздались сдержанные аплодисменты. Чтобы пояснить свою мысль, Гуров привел в качестве примера положение о праве международных правоохранительных структур проверять и даже блокировать счета предприятий, фирм и компаний, заподозренных в содействии отмыванию криминальных денег. Он заметил, что в постановлении никак не определено, о каких же именно структурах ведется речь. Это Интерпол или правовые подразделения ООН? Может, имеется в виду американское ФБР?

Лев Иванович заявил, что в проекте крайне расплывчато и неопределенно трактовалось положение о праве транснациональных корпораций давать неполную информацию о своей деятельности и допускать лишь выборочные проверки своих филиалов. В то же самое время субъекты экономики развивающихся стран были полностью подотчетны международным проверяющим. Любой отказ от аудита автоматически навлекал на них всевозможные кары.

— Мне кажется, этот проект писался под диктовку транснациональных корпораций, заинтересованных в том, чтобы под благовидным предлогом устранить своих конкурентов и установить полную финансовую гегемонию, — особо подчеркнул Лев Иванович, завершая свое выступление.