— Запросто не заметят, если они знают местность и двинут сразу на Вудраф к эллингам — в ноябре по этой дороге так и шныряют владельцы яхт и их агенты. — Бэрнби заговорил не то чтобы быстрее, но энергичнее, словно в его речи эхом отозвалось растущее возбуждение самого Люка. — Чарли, я сам видел тот фургончик. Я был там с утра и по другому делу. Потому и задержался в кабинете. Ну, повезло тебе. Это хлебный фургон, совершенно пустой, не считая одной вещицы, которую подобрал с полу один из моих ребят. Он показал ее мне. Мы решили, что это к делу не относится. Линза от темных очков. Я не обратил тогда на нее особого внимания, но теперь вот стал думать. Я-то поначалу решил, что это обыкновенное стеклышко от солнцезащитных очков, но наш парень объяснил мне, что это именно линза. Твой циркуляр я видел, как же. Не мог там быть один из пяти, в темных очках?

У Чарли Люка аж дух захватило. Пошла удача. Он ощущал это столь же отчетливо, как рука молочницы — что масло вот-вот собьется.

За все эти преследовавшие его затяжки и пробуксовки он получил полную компенсацию — в эту последнюю четверть часа, когда каждая новая деталь стыкуется с прежними прямо на глазах.

А Бэрнби продолжал:

— Я соберу отпечатки с фургона и отправлю тебе, на всякий случай. И сейчас же подниму водников. Эта «Марлен Дорэн» сейчас торчит где-нибудь на мели, уж это как пить дать, если только твои субчики не прирожденные рыбаки.

— Двое из них — именно тот случай. Саффолкцы, из Уэфта.

Из трубки донесся слабый присвист.

— Тогда привет! Двое там управятся. Куда они собирались? Ты знаешь?

— Сент-Одиль, близ Сен-Мало.

— Ха! Тогда они уже там!

— Что?!

Этот неистовый вопль вызвал протест у собеседника.

— Значит, теперь второй час, так? Они должны были сняться в прилив вчера утром. Приливная волна — в десять минут одиннадцатого, до чего у них все гладко получается, ну надо же! Значит, у них, погоди-ка, двадцать четыре, двадцать пять, — примерно двадцать шесть часов. Да, похоже на то. Если им повезло и они не сели на мель, то должны быть уже там или на подходе.

— Ты в этом уверен, Лен? Это важно!

— Мне так кажется, Чарли. Я иногда сам хожу под парусом, когда удается выбраться. Тут у нас этим все увлекаются. До Сен-Мало от бухты Толсбери — да, как раз двадцать шесть часов ходу при попутном ветре, при условии, что они знают дорогу. А раз они рыбаки, то должны знать. «Марлен Дорэн» маломерное судно, понимаешь? Ей не нужно огибать Гольмерс, она проскользнет через Спитуи и пролив Бэрроуз, и через мели прямо на Маргейт. А дальше прямиком через Гудвинс. Погодка идеальная, с тех пор как туман рассеялся, а «Марлен», помимо двигателя, несет парус, так что скорость у нее дай Бог! В том-то и штука — они, пожалуй, уже там.

Он замолчал, и так как пауза затянулась, виновато рассмеялся.

— Ну, парень, вижу, у тебя там много чего подвалило, так что не буду задерживать. Всего. Звони, если что. Сейчас насяду на таможню и посмотрю отпечатки. До скорого.

Люк повесил трубку. Нечасто событиям случалось обгонять его мысли, но теперь он был не столько на высоте положения, сколько в недоумении.

— Полиция Франции, — сказал он остолбеневшему Пайкоту. — Радиограмму французской полиции. Вот подробности. Пока я их выписываю, дай мне Старшего суперинтенданта Йео, больница Грейт-Уэстерн, и позови Энди.

Он посмотрел в окно на квадрат прозрачного неба, и его лицо, озаренное внутренним огнем, засияло снова.

— Стало быть, с ветерком погодка, Лен, старина, — пробормотал он, — отчего бы и нам не проветриться?

Глава 19

Тайна Сент-Одиль-сюр-Мер

— Если бы не опасение быть обвиненной в богохульстве, — произнесла дама в «Ситроене», озабоченная более всего тем, как она говорит по-английски, — то я бы сказала, что в этом замешан дьявол, не так ли?

Мэг Элджинбродд, повернувшись на переднем сиденье «Тэлбота», вежливо улыбнулась в знак согласия, и уже в третий раз обе спутницы погрузились в молчаливое созерцание легких волн, тихонько откатывающихся прочь от дороги.

Ноябрьский день выдался мягким, словно в самом начале осени, и неподвижные, освещенные солнцем нарядные окрестности раскинулись пурпурно-зелено-золотой лентой под перламутровым небом.

Джеффри, задремавший было за рулем во главе все удлиняющейся колонны машин, ожидающих начала отлива, когда можно станет проехать по дороге, закурил уже вторую сигарету.

— У меня чувство, — поделился он через плечо с Кэмпионом и Амандой на заднем сидении, — что мне Устроили бег с препятствиями.

Аманда рассмеялась и кивнула в сторону темнеющего впереди мыса, круто вздымающегося по ту сторону отступающей воды.

— По крайней мере цель уже видна, — сказала она. — Я уж думала, что мы ее вообще не увидим.

Наше путешествие как-то не очень обнадеживает. Просыпайся, Альберт.