Государство ассасинов в Иране было ликвидировано только монгольскими войсками, перед которыми не мог устоять никто. В 1220 году они вошли в Среднюю Азию, ведя с собой создателей катапульт, строителей стенобитных сооружений и всю передовую военную технику своего времени. В 1249 году монголы атаковали Ближний и Средний Восток. В их войске шли тысяча китайских мастеров по метанию огненных снарядов. Весной 1253 года монгольские войска Хулагу-хана вошли в иранские земли и осадили замки ассасинов, многие из которых оборонялись десятилетиями. Аристократы Ордена сдали свои замки Хулагу-хану. Последний шейх Руккнед-дин Хуршах в декабре 1256 года почти без боя сдал Аламут, за что его и семью монголы вскоре перерезали. Хулагу-хан взял сорок крепостей ассасинов, еще сорок горных замков держались несмотря ни на что, но государства Хасана-ас-Саббаха больше не существовало. После разгрома Халифата Аббасидов войско Хулагу-хана вошло в Сирию, но вынуждено было вернуться в Монголию после известия о смерти великого хана. Сирийские ассасины были разбиты к 1273 году войсками мамелюкского султана Бейбарса. Он не стал их уничтожать, оставив жить уже на своих землях как особую группу. Мамелюкские султаны часто пользовались их вековым опытом и услугами в борьбе с конкурентами. Ассасины расселились в Иране, Афганистане, северо-западе Индии, на Памире и Кавказе. Окружающие владетели относились к ним враждебно и ассасины перешли к тайному существованию и дальнейшая их история утонула в глубине веков.

За полтора столетия существования государства Хасана-ас-Саббаха ассасины убили десять суверенных государей, десятки визирей, эмиров, областных наместников-вали, градоначальников-раисов. Все убитые относились к тюрской и арабской военной и чиновной знати. В подавляющем большинстве причиной убийства была месть за активные нападения на ассасинов, за ренегатство, за предательство. Позднее, особенно в Сирии, стали совершаться политические убийства по заказам, в интересах той или иной правящей династии или феодальной группировки.

За первые годы правления Хасана-ас-Саббаха было убито столько же правителей, сколько за остальные тридцать лет. Эти годы конца XI века, были временем отчаянных восстаний, яростной борьбы созданного государства ассасинов с Сельджуками. Когда его судьба висела на волоске, Хасан-ас-Саббах начал применять индивидуальный террор против крупнейших своих врагов. Первоначальное чувство мести и защиты страны у ассасинов быстро сменилось пониманием того огромного политического эффекта, который вызывали эти террористические акты. Политические убийства ассасины стали совершать публично, при большом стечении народа, с объявлениями, кого и за что убивают. Эти жертвы создали ассасинам репутацию кровавых убийц, держащуюся за ними уже тысячу лет.

Могущество Ордена ассасинов, почти двести лет рассылавших из тайных и неприступных мест смертельные удары правителям, официально закончилось к концу XIII века. Неофициально искусство и опыт политических убийств стал использоваться всеми желающими структурами, способными научиться смерти или заплатить исполнителям террористического акта. Исторических источников об истории Ордена ассасинов сохранилось очень мало. Архив Аламута принимал личный историк Хулагу-хана Ага Малик Джувейни. Многие рукописи, включая «Сергузашт-и-Сейидина», посвященную жизни Хасана-ас-Саббаха, в оригинале не сохранились. Рассказать правду об Ордене ассасинов также сложно, как сквозь легенды, мифы и вымыслы всегда трудно добраться до истины.

Психология толпы и внушение личности

Десять лет вокруг Трои лилась кровь и греки почти отчаялись победить троянцев за их несусветными стенами. На общем совете вождей осаждающих хитроумный царь Итаки Одиссей для захвата Трои предложил использовать прием, который через три с половиной тысячи лет в мире назовут способом информационно-психологической войны. Утром победного для греков дня троянцы увидели перед главными крепостными воротами громадного деревянного коня. А что это за чудо-юдо, подумали древние троянцы и вместо того, чтобы выйти нескольким воинам и осмотреть коня, его втащили за крепостные стены. Это действительно и конечно оказался огромный деревянный конь и троянцы, наверно, обрадовались. Долгими зимними ночами они несмотря на жаркий азиатский климат все равно топили древние камины и дрова в степи были нужны всегда. Сразу коня разбирать на отопление не стали, и это была стратегическая ошибка защищающихся. Ночью из полого коня выбрался Одиссей со своими гвардейцами, тихо открыл городские ворота и туда ворвались греческие воины, наконец покорившие непокоряющуюся Трою.