Читаем Террин из зайца полностью

Кэт все-таки уснула, пришлось ее будить.

Пастор вышел из машины и жадно закурил. Спящие дети мирно посапывали.

Штирлиц взял чемодан с рацией и в очередной раз мысленно обругал свое прижимистое руководство. Чемодан весил не меньше двадцати килограммов, а новую рацию не слали, отговариваясь скорым окончанием войны.

Кэт оступилась. Штирлиц придержал ее под руку.

– Соберись, девочка моя, – сурово сказал он. – Последний сеанс – и все. Для тебя война закончилась.

– Я в порядке, – ответила Кэт, зябко передернув плечами.

Штирлиц установил рацию на пень некогда раскидистого дуба. Кэт подышала на пальцы.

«Алекс – Юстасу, – понеслись в эфир быстрые точки и тире. – Передаю рецепт вестфальского горохового супа. Отварите небольшой кусок постной свинины. Сварите пять средних картофелин…»

Штирлиц оглянулся. Вокруг никого не было. Штирлиц осторожно положил ладонь на бедро Кэт. Радистка заметно вздрогнула. Штирлиц забрался под юбку и повел рукой вверх, упруго поглаживая пальцами теплую шелковистую кожу.

– Штирлиц, дурак, что ты делаешь? – прошипела Кэт.

– Не отвлекайся, – шепотом ответил Штирлиц. – Иначе подумают, что ты работаешь под колпаком. Могут и ликвидировать на всякий случай. У нас с этим быстро. Сама знаешь…

Ладонь Штирлица мягко, но решительно продвигалась между сжатыми ногами Кэт. Юбка задралась, в темноте стали видны белые коленки.

«Какие замечательные у нас все-таки девушки», – подумалось Штирлицу.

– Штирлиц, я на тебя в профком пожалуюсь, – пригрозила Кэт, не переставая профессионально отбивать морзянку.

– Не говори глупостей, – нежно прошептал Штирлиц.

– Ты хотя бы о жене подумал!

Штирлиц фыркнул:

– Кто бы говорил, радистка! И потом, мы ведь не всерьез. Так, маленькая радиоигра. Расслабься…