Читаем Терминаторы полностью

Представьте себе накрытый белой скатертью большой обеденный стол, стоящий под углом сорок пять градусов, и поставьте в самом центре точку. Этой точкой был наш вертолет, который по самый винт ушел под снег. Теперь над ним возвышалась только верхушка редуктора и маленький сегмент хвостового винта. Пушистый снег продолжал валить, так что вопрос о их полном исчезновении был делом времени.

Такой идеальной маскировки мне ещё видеть не приходилось.

— Что дальше? — спросил Уэйнрайт.

— Будем ждать рассвета. Нечего терять время, вернемся в кабину и зададим нашему приятелю пару вопросов. Случилось так, что именно он вывозил из госпиталя наших знакомых.

— Тогда какого черта он работает на Йева? — удивился Уэйнрайт.

— Понятия не имею, но собираюсь выяснить, даже если придется действовать жестко.

— Надеюсь до этого дело не дойдет, — отозвался Уэйнрайт, который терпеть не мог допросов с пристрастием.

— Вряд ли он сможет упорствовать долго, — заметил я. — Ему не слишком-то хотелось верить в твой блеф насчет управления вертолетом. Прими мои поздравления. Ты напугал меня до смерти. Пошли, — я нырнул обратно в нашу нору.

Грант сидел на полу, прислонившись спиной к накренившейся перегородке, и нервно следил за Сафаразом, который забавлялся своим кайбером.

Одновременно с выключением мотора перестали работать обогреватели, освещение перешло на аккумулятор, а мороз крепчал. Я выключил свет, оставив только лампу на шарнире над навигационной картой, и направил её в лицо пилота.

Грант нервно щурился и часто моргал. Ему было где-то под тридцать симпатичный круглолицый парень из рекламного ролика зубной пасты. Такие люди действовали на меня, как ядовитый плющ.

— У меня мало времени, Грант, так что можешь либо честно отвечать на вопросы, либо мой патан вытащит тебя наружу и перережет глотку.

Он поежился и облизнул пересохшие губы.

— В этом нет нужды. Что вас интересует?

— Кому ты хотел нас продать?

— Не знаю.

Я приказал патану устроить ему пешаварскую цирюльню. Он усмехнулся, ухватил Гранта за волосы и запрокинул его голову назад. Кожа на шее натянулась, и по ней нежно прошлось лезвие кайбера.

Грант завизжал.

— Кто эти люди?

— Я уже говорил, что не знаю… не знаю… в самом деле… Один человек в клубе предложил мне работу… — с трудом выдавил он.

— Продолжай.

— Отпустите меня… пожалуйста… прикажите ему меня отпустить… — у него началась истерика.

Я кивнул Сафаразу, и тот отпустил свою жертву.

— Он знал, что я пилот у мистера Шалома, и предложил подработать на стороне. По его словам, нужно было выручить одного бедолагу.

— И великодушный Грант, конечно, согласился. Что это была за работа?

— Нужно было забрать больного из госпиталя в горах…

— И дальше?

— Привезти его туда, где вы должны были высадиться. Он заверил, что на земле все будет подготовлено, но особой радости мне это не доставило. Похоже, вы не понимаете, насколько опасны полеты в горах, особенно ночью…

— Но все же ты это сделал. В ночь на семнадцатое. Хватит болтать, Грант, говори по-существу.

— Я доставил его сюда. Он был на носилках, а с ним ещё врач…

— Немец по фамилии Рейтлинген, нам и это известно. Не стоит вилять, а то этот нож может не только щекотать. Кому ты их передал?

— Каким-то оборванцам, которыми командовал белый, но он со мной не разговаривал, а когда я стал расспрашивать про обратную дорогу, принялся мне угрожать.

— Каким образом?

— Сказал, чтобы я поживее убирался, а если вздумаю болтать, меня прикончат.

— Ладно, а тот тип в Лахоре, который тебя нанял, что за птица?

— Его зовут Робсон, он хозяин небольшой фирмы по импорту и экспорту товаров, контора возле отеля «Нида».

— В чем же был его интерес?

— Робсон знал девушку, которая руководит тем госпиталем. Она хотела помочь этим людям, а он — ей.

— Ясно. Сплошная благотворительность, — я сильно пнул его в голень. Он вскрикнул, в больших красивых глазах проступили слезы. — Бескорыстие сердца плюс что-то еще?

— Пятьсот фунтов, — прохныкал он.

— Ладно, теперь перейдем к текущему моменту. Кто тебя нанял?

— Мистер Шалом и его сын Соломон; я был уверен, что все вполне законно. Мне сказали про двоих индусов, которые собрались в горы для покупки овец. Когда я узнал про место назначения, то страшно расстроился. Посадка вслепую в этих местах — вещь ужасная. Мне пришло в голову позвонить Робсону и предложить обозначить место посадки — за плату, конечно.

— И он согласился?

— Сначала расспросил о цели полета и обещал связаться позже, а мне приказал помалкивать. Час спустя он зашел ко мне в отель, посоветовал взяться за эту работу, обещал, что световые сигналы будут те же, и дал частоту для связи в двадцатимильной зоне от цели. Я никому не хотел зла. Просто услуга за услугу — хотелось обезопасить посадку.

— А тебе не пришло в голову сказать об этом мистеру Шалому?

— Как я мог? Тогда пришлось бы рассказать про предыдущий полет, на который у меня не было разрешения.

— Ясно. А теперь постарайся вспомнить, не забыл ли ты какие-нибудь детали, даже на первый взгляд незначительные.

Он наморщил лоб, но покачал головой.

— Это все.