Читаем Тень за окном полностью

— Меня это устраивает. До Солана-Бич с тобой поедет Эмилио, — Мигель показал Боксону на сидящего за соседним столом мексиканца и взглянул на Лумиса. — Антонио, добрось парней до автобусной станции.

10

Как закоренелый патриот любого слаборазвитого государства, мексиканец Мигель Одоссо люто ненавидел Соединенные Штаты Америки. Наверное, поэтому всю свою жизненную энергию он посвятил криминальному бизнесу — поставке в Калифорнию нелегальных иммигрантов из Мексики. Бизнес шел неплохо, безработные парни были готовы на все, чтобы из затерянных в пустыне деревень выбраться к огням больших городов. Девушки же были особо ценным товаром — большинство из нелегально переправленных через границу немедленно пополняли сообщество проституток, так что Мигель Одоссо получал прибыль не только как контрабандист, но и как сутенер. В церкви Санта-Каталина он даже арендовал постоянную скамейку для своей семьи — в его деревне это считалось вершиной роскоши. Проблемы, как правило, решались быстро и неутомительно. Но три дня назад, погрузив дюжину мексиканок в два контейнера, тщательно закрыв замки и навесив соответствующие пломбы, Мигель направил через границу очередной грузовик. Рейс как рейс, ничего особенного. Кто же мог подумать, что шофер окажется наркоманом, и на первом же километре после границы у него начнется ломка? Проклятый водила дотащился до Сан-Диего, приобрел порцию и прибалдел. Очнулся же он в полицейском участке — героин оказался высококачественным, чистейшим, без примеси сахарной пудры, и порция вырубила шофера почти на сутки. Ещё через сутки шофера выпустили из участка, и он нашел свой грузовик там, где и оставил два дня назад. Впрочем, все двенадцать девушек в железных контейнерах на солнцепеке умерли от удушья и обезвоживания еще в первые двадцать четыре часа. С перепугу шофер довел грузовик до Солана-Бич и уже оттуда, бросив машину на автостоянке, добрался до Пасадены и покаялся Мигелю. После чего попросил ещё одну порцию героина. В ярости Мигель стукнул шофера бутылкой по голове, осколки перерезали сонную артерию, и перед Мигелем оказался непредвиденный труп. Но проблемы это не решало. Все мексиканцы наотрез отказались забирать со стоянки грузовик, в одночасье ставший катафалком, — очень дурная примета, хуже разбитого зеркала, черной летучей мыши и цыганского проклятия. Удалось отыскать двух новоприбывших, которые согласились захоронить трупы в заброшенной шахте, но вот шофер на грузовик никак не находился. Одно дело — завести без ключа чужой кабриолет и тотчас разбить его на первом же перекрестке, и совсем другое — провести по горным дорогам большегрузный трейлер. Этого не умел даже сам Мигель. Боксон оказался бесценной находкой — исчезновение никому не известного иностранца в горах не привлечет ничьего внимания. Потом его труп бросят в ту же шахту — пусть отдохнет в компании молоденьких мексиканок!

…На автобусной станции, когда сопровождающий Эмилио пошел покупать билеты, Боксон спросил Лумиса:

— Антонио, скажи мне честно, что в контейнерах? За что мне могут дать срок?

— В контейнерах кубинские сигары, — шепотом ответил Лумис, быстро оглянулся и добавил. — Чтобы собаки на таможне не учуяли, в контейнеры положены куски гнилого мяса — запах падали отбивает у собак нюх…

В это момент вернулся Эмилио, и Лумис замолчал.

Боксон и Эмилио на рейсовом автобусе добрались до Солана-Бич, быстро отыскали стоянку и Эмилио показал Боксону на трейлер с двумя контейнерами:

— Вот этот.

— Скажи мне, Эмилио, — спросил Боксон, — что в контейнерах?

— Не знаю, не мое дело, — Эмилио вообще всю дорогу был малоразговорчив, поэтому не мешал пустой болтовней размышлениям Боксона.

Лумис проговорился о запахе гнилого мяса, значит, он как бы предупредил Боксона: мол, не удивляйся, если что унюхаешь… Какие, к черту, собаки на таможне — у этих собак более важная задача, чем несчастные кубинские сигары. Да любой таможенник, если учует подозрительный запах, немедленно вскроет контейнер… Нет, ребята-чиканос, что-то вы слишком намудрили…

Эмилио прошелся по стоянке, осматривая местность. Боксон ждал его, встав за деревья — нужно было проверить, не наблюдает ли полиция за грузовиком. Все было чисто.

Эмилио вернулся к Боксону и протянул ему пакет с транспортными документами. Боксон протянул левую руку за пакетом и изо всех сил левой ногой пнул Эмилио по голени. Эмилио ещё не успел крикнуть от боли, как Боксон схватил его за правую руку, дернул на себя, организовал на пути споткнувшегося Эмилио подножку и, пока мексиканец падал, успел сбить у него дыхание и способность к сопротивлению ударом снизу вверх в диафрагму.

Эмилио лежал лицом вниз, а сидящий у него на спине Боксон держал запястье его правой руки на излом и шарил по одежде. Мексиканские парни, как правило, отлично владеют ножом, им даже нет необходимости носить с собой огнестрельное оружие; Эмилио не был исключением; Боксон нашел один нож в правом рукаве пиджака, другой нож был спрятан на левой ноге под носком.

— Ты с ума сошел, англичанин! — прохрипел Эмилио.