Читаем Тень ночи полностью

После ужина в доме наступила тишина. Каролина перестала греметь на кухне посудой. Джек и Энни отправились спать, уставшие после очередного дня развлечений и лакомств. Мы перестали делать вид, будто они наши слуги. Я надеялась, что свобода от поручений позволит Джеку вести жизнь нормального восьмилетнего мальчика и избавит его от ночных кошмаров. Джека тянуло в замок, и он все время подбивал Энни отправиться вместе с ним. Я содрогалась от мысли, что дети могут заблудиться и исчезнуть навсегда. Не зная ни одного из здешних языков, они не смогут объяснить, где их дом.

– Келли и есть узник, – ответил Мэтью, играя ножкой тяжелого серебряного кубка и любуясь отсветами каминного пламени на его стенках.

– Говорят, иногда он ходит домой. Обычно это бывает поздно ночью, чтобы его не видели. Получает хотя бы временную передышку от постоянных подстегиваний императора.

– Ты так думаешь? Просто ты еще не встречалась с госпожой Келли, – сухо произнес муж.

А ведь я и в самом деле ни разу не видела эту женщину. Мысль о жене Келли засела у меня в голове. Стремясь познакомиться с алхимиком, я, скорее всего, пошла не тем путем. Я позволила вовлечь себя в придворную жизнь в надежде, что сумею постучаться в дверь лаборатории Келли и без обиняков потребовать отдать «Ашмол-782». Но теперь, когда я в достаточной мере была знакома с жизнью императорского окружения, столь прямой путь казался мне безуспешным.

На следующее утро я вместе с Терезой отправилась за покупками. Погода была почти зимняя, дул пронзительный ветер, но мы упорно двигались в сторону рынка.

– Вам знакома моя соотечественница госпожа Келли? – спросила я фрау Губер, пока пекарь заворачивал наши покупки.

Домохозяйки Мала Страны обожали слухи обо всем странном и диковинном и в этом не отличались от императора Рудольфа.

– Ее муж служит у императора, – добавила я.

– Вы имеете в виду алхимика, посаженного в клетку? – пренебрежительно фыркнула фрау Губер. – В их семействе творится что-то странное. Было еще хуже, когда здесь жило семейство Ди. Герр Келли всегда смотрел на фрау Ди с плотским желанием.

– А госпожа Келли? – спросила я, направляя разговор в нужное русло.

– Она почти не выходит из дому. За провизией ходит ее кухарка.

Фрау Губер не одобряла такого спихивания главной обязанности домохозяйки. По ее мнению, это открывало дверь всяческим беспорядкам в доме, включая анабаптизм (предмет ее постоянной борьбы) и черный рынок, процветающий за счет ворованных продуктов. Свою точку зрения она высказала при первой же нашей встрече, и я, чтобы не давать поводов для сплетен, в любую погоду сама ходила покупать капусту.

Мимо, лавируя по скользким булыжникам, шла синьорина Росси. Увидев нас, она повернула голову и едва не налетела на тачку, нагруженную углем.

– Не о жене ли алхимика разговор? – спросила синьорина Росси. – Странная она англичанка, очень странная. И ее счета за вино намного больше, чем полагалось бы.

– И откуда вы обе знаете такие подробности? – спросила я, не удержавшись от смеха.

– У нас одна прачка, – ответила несколько смущенная фрау Губер.

– Да, от прачек секретов не бывает, – согласилась синьорина Росси. – Эта женщина стирала и на семью Ди, пока синьора Ди не отказалась от ее услуг. Прачка, видите ли, слишком много запросила за стирку салфеток.

– Тяжелый характер был у этой Джейн Ди, но бережливость – это не порок, – вздохнув, заключила фрау Губер.

– А зачем вам понадобилась госпожа Келли? – полюбопытствовала синьорина Росси, укладывая в корзинку теплую плетенку.

– Хочу познакомиться с ее мужем. Я интересуюсь алхимией, и у меня накопились вопросы.

– И вы согласны заплатить? – спросила фрау Губер, потерев указательный палец о большой.

Этот универсальный жест пришел из глубокой древности и был понятен без перевода.

– За что? – смутилась я.

– За его ответы, разумеется.

– Да, – ответила я, не представляя, что́ она замышляет.

– Оставьте это мне, – сказала фрау Губер. – Я давно не ела настоящего шницеля. Неподалеку от вашего дома, фрау Ройдон, есть таверна. Ее держит австриец, который понимает толк в шницелях.

Оказалось, что двенадцатилетняя дочка хозяина таверны, владеющего секретом приготовления шницелей, занимается с тем же учителем, что и десятилетняя падчерица Келли Элизабет. Повар хозяина был женат на тетке прачки, чья золовка служила в доме семейства Келли.

Благодаря женской солидарности, превосходящей возможности придворных связей Галлогласа, в полночь мы с Мэтью оказались в доме Келли, в гостиной на втором этаже, но, как я уже говорила, великий алхимик появлялся у себя дома лишь по ночам.

– Он должен прийти с минуты на минуту, – уверяла нас Джоанна Келли.

Глаза у нее были воспаленными и затуманенными. Трудно сказать, от злоупотребления вином или от холода, царящего в доме.

– Можете не волноваться на наш счет, госпожа Келли. Мы поздние пташки. – Мэтью ослепительно улыбнулся ей. – Лучше расскажите, как вам нравится ваш новый дом.