Читаем Тень ночи полностью

– И это очень разумно, – тихо похвалил меня Мэтью. – Что понадобилось незваному гостю? – спросил он Франсуазу.

– Сама не понимаю, – пожала она плечами. – Я ходила за мясным пирогом для мадам. Пришла, а он сидит. Спросил вина. Ваш демон вылакал все. Пришлось идти в лавку.

Мэтью исчез, а когда вернулся, вид у него был более спокойный. Я вскочила на ноги, поняв, куда он ходил. На чердак, где хранились все секреты.

– Неужели он…

– Нет, – перебил меня Мэтью. – Все в том же виде, в каком я оставлял. А Уильям объяснил цель своего визита?

– Лорд Берли просил передать тебе, что он заходил… – Я помялась. – И еще он настоятельно советовал мне уехать из Лондона.

В гостиную вошла Энни, неся груду белья. Следом шли болтающий Джек и улыбающийся Пьер. Увидев лицо хозяина, Пьер сразу перестал улыбаться. Я взяла у Энни белье и сказала:

– Франсуаза, почему бы вам не сводить детей в «Шапку кардинала»? Пьер тоже с вами пойдет.

– Ура! – завопил Джек, предвкушая вечернее развлечение. – Мастер Шекспир учит меня жонглировать.

– Пока он не пытается выправлять твой почерк, я не возражаю, – сказала я, ловя подброшенную Джеком шляпу.

Разумеется, я бы не возражала, если бы Шекспир взялся учить мальчишку красиво писать. Но я совсем не хотела, чтобы список «художеств» Джека пополнился умением подделывать чужой почерк и составлять подложные бумаги.

– Приятного ужина. И постарайся не забыть, для чего существуют носовые платки, – сказала я Джеку.

– Не забуду, – пообещал Джек, вытирая нос рукавом.

Через несколько минут дом опустел.

– Не понимаю, зачем лорд Берли потащился в Блэкфрайерс для встречи с тобой?

– Затем что я получил секретное донесение из Шотландии.

– Что на сей раз? – спросила я.

У меня сдавило горло. Процессы над ведьмами в Берике не впервые обсуждались в моем присутствии, но после визита Берли я вдруг почувствовала, как зло вползает к нам на порог.

– Король Яков продолжает допрашивать ведьм. Уильям хотел обсудить… если такое возможно… какие ответные меры должна предпринять королева. – Мэтью нахмурился, почуяв перемену в моем запахе. Да, от меня сейчас пахло страхом. – Тебе не стоит тревожиться из-за шотландских событий.

– Если я не буду знать, это не предотвратит развития событий.

– Конечно, – сказал Мэтью, гладя меня по затылку и пытаясь снять напряжение. – И если будешь знать – тоже.

На следующий день я вернулась от Благочестивой Олсоп с маленькой деревянной шкатулкой для заклинаний. Туда надлежало складывать написанные заклинания. Шкатулка служила местом, где они будут вылеживаться, набирая силу, пока не созреют и ими не воспользуются другие ведьмы. Умение записать заклинание было следующим шагом в моей эволюции прядильщицы. Пока там лежали только мои разноцветные нити. По мнению Марджори, мое маскировочное заклинание еще не слишком годилось для использования другими ведьмами.

Эту шкатулку сделал колдун с Темз-стрит. Материалом послужил кусок рябинового дерева, дарованного драконихой в день моего предзаклинания. Колдун вырезал изображение рябины на крышке. Ветви и корни сплетались в настоящий лабиринт, и было невозможно определить, где что. Мастер гордился своей работой. Мне не терпелось показать шкатулку Мэтью.

«Олень и корона» встретил меня странной тишиной. В гостиной не пылал камин, не горели свечи. Мэтью я нашла в кабинете. На столе стояло три кувшина с вином. Два были пусты. Обычно Мэтью не пил так много.

– Что случилось?

Он взял со стола лист бумаги, скрепленной толстой печатью из красного воска. Посередине печать была сломана.

– Нас вызывают ко двору.

– Когда? – спросила я, садясь напротив мужа.

– Ее величество великодушно позволила нас обождать до завтра, – сердито фыркнул Мэтью. – Ее отец был куда бесцеремоннее. Генрих мог послать за теми, кого хотел видеть, в любое время. Его не заботило, что люди уже легли спать или на дворе хлещет дождь и завывает ветер.

Помнится, еще в Мэдисоне я испытывала сильное желание встретиться с королевой Елизаветой I. Но после встречи с самым проницательным мужчиной королевства я утратила всякое желание встречаться с самой проницательной женщиной.

– Мы обязаны там быть? – спросила я, питая некоторую надежду, что Мэтью игнорирует королевское распоряжение.

– В письме королева соизволила напомнить мне о своем законе, запрещающем всякое чародейство, колдовство и магию. – Мэтью сердито швырнул бумагу на стол. – Мистер Дэнфорт однажды уже писал своему епископу. Берли сжег кляузу, но она, похоже, восстала из пепла, – сказал Мэтью и выругался.

– Тогда зачем нам отправляться ко двору?

Я сжала в руках шкатулку для заклинаний. Нити внутри шуршали от нетерпения помочь мне найти ответ.

– Если завтра к двум часам дня мы не появимся в аудиенц-зале Ричмондского дворца, Елизавета велит арестовать нас обоих. – Глаза Мэтью были похожи на осколки стекла, отшлифованные морем. – И тогда Конгрегация очень скоро узнает правду о нас, – добавил он.