– Конечно. Я ведь довольно много знаю о вашем мире, бывала в нем. Вы все там подобны медведю, который увидел мясной гриб на дереве и трясет дерево – все сильнее и сильнее. Вместо того чтобы просто посвистеть и попросить гриб спуститься. Вы кичитесь своей силой, но используете ее попусту, а чаще во вред себе и миру. И где же тут знания? Примитивные умения, тупые навыки, ремесла… И вот вдруг неожиданно для себя я нахожу мужчину, который действительно стремится к знанию. У которого есть хотя бы вопросы. Будешь задавать?

– Буду.

– Пойдем.

Так мы с ней оказались в постели.

24

– Раньше народ Хельви был такой же в точности, как все остальные народы – женщины, мужчины, дети. Все жили долго, но отмеренный срок, чтобы вовремя уйти и уступить место молодым, умеющим новое. Самые древние из нас еще застали те века… И так длилось до падения Летучего камня.

– А при чем тут моя мама? – спросила Маринка.

– Дойдем мы и до нее, – сказала Ирина Тойвовна. – Просто иначе ты ничего не поймешь… На Землю падает множество камней, но все они – просто обломки скал или куски железа. Этот был чем-то совсем иным. Кто видел его полет, говорили, что падал он медленно, нехотя, блуждал по небу, будто что-то выискивая внизу…

– Космический корабль инопланетных пришельцев… – пробормотала Маринка.

– Вряд ли, – сказала Ирина Тойвовна. – Похоже, он возвращался домой.

– Не поняла, – сказала Маринка.

– Таких камней в тайге и в тундре много, что в Карелии, что на полуострове, одних только найденных несколько десятков, а сколько скрыто… Это даже и не камень, а скорее черное стекло. Но те – пустые, что ли… Нойды научились входить в них – не телом, конечно, а духом. Многие нойды потом там, в камнях, и оставались, а тела их высыхали рядом. Камни те называются сейдами, и если к ним подойти с уважением, то они приносят удачу и вылечивают от всех болезней. Правда, есть и злые сейды, приносящие болезни и горе, и их стараются огородить каменными стенами – горнами. Но долго камень в этих стенах не держится, разрушается в прах, хотя зло держится еще долго… Мы всегда знали – дом, родина этих камней, и злых, и добрых, здесь, и откуда-то они в дом возвращаются. Может, на зов, может, просто чтобы умереть в покое. Но тот Летучий камень отличался от прочих сейдов тем, что в нем кто-то жил. И этот кто-то был могуч, испуган и немыслимо злобен… Несколько молодых охотников, хельви и саамов, подошли к камню, чтобы оказать ему почести, и всех их пожрал медленный огонь. Потом двое нойд попытались поговорить с духом нового сейда, и оба лишились душ навсегда. Страшно видеть человека без души…

– Постойте, – сказала Маринка. – Я у Волкова девушку видела, Икку. Сказали, что она без души. Это?..

– Год назад там захватили нескольких наших девушек-дозорных. Волков что-то сделал с ними… лишил душ. Чтобы они ему служили.

– Нескольких? Мы видели одну.

– Осталась одна. Остальных мы сумели выкрасть, но что толку? Без души они ненастоящие – так, живые тела, механизмы… Теперь дослушай не перебивая, хорошо?

– Постараюсь.

– Зло и ужас расползались кругами от нового сейда, как низовой пожар по сухой тайге. Тогда собрались нойды от всех народов – финни, бьярми, кеми, аккаля, саамов, карел, хельви – и стали решать, что делать. Много дней спорили, камлали, просили совета у предков, снова спорили. Духи предков смятенны были. Наконец встал молодой нойда, молодой, но сильный, нойда-нойтлохон по имени Ылто Валло, сын волчицы, из народа хельви, – и сказал, что он пойдет, и будет биться с чужим духом, и победит его. А остальные нойды пусть поддерживают его в этой битве и питают его силы. И пошел, а прочие пошли за ним…

Ирина Тойвовна помолчала. Похоже было, что ей сдавило горло. Она сглотнула, откашлялась…

– Три месяца длилась битва духов, – продолжила она каким-то другим голосом. – Ылто Валло как стоял перед сейдом, так и врос в землю по колено. Прочие нойды помогали ему, как могли, и многие умерли от усталости и сочувствия. Но на четвертый месяц изнемог чужой дух… И тогда треснул черный Летучий камень, прошла по нему трещина, и как бы молния ударила в грудь Ылто Валло, и стал он сразу черным, и будто бы светился изнутри багровым огнем. Он полетел по воздуху далеко и упал на нойд, что подкрепляли его, и все подумали, что он умер. Сейд же опустел, и смрад распространился из него. Тогда подняли Ылто Валло на руки и понесли с почестями, как великого воина…

– Но он не умер, – сказала Маринка.

– Нет, не умер. Уже завязали его в похоронный скаф и положили в домовину, и могила была открыта, и готовились опустить домовину в нее – когда Ылто Валло ожил, разбил домовину в щепу, и все подумали, что он стал равком, упырем. Но оказалось, что все еще хуже.

– Хуже, чем упырь?