Но "тотальная мобилизация" масс, нации, народа основывается по Юнгеру на особом уникальном экзистенциальном опыте, без которого Революция либо станет материалистическим вырождением, либо будет «рекуперирована» инерционными фарисеями-консерваторами. Поэтому экзистенциальное измерение является приоритетным в творчестве Юнгера, который дает целую галерею образов "третьего героя" (романы "Стальная буря", "Сердце, ищущее приключений", "На мраморных утесах", "Бегство в леса", «Гелиополис» и т. д.), идущего путем внутренней Революции, исследуя самые крайние и рискованные формы — войну, мистику, наркотики, эротизм, пограничные психические состояния. Формула Ницше — "то, что меня не убивает, делает меня сильнее" — кредо Эрнста Юнгера, как в литературе, так и в жизни. Подобно своим героям, он спокойно пьет шампанское в Париже посреди рвущихся бомб и бегущих в панике людей. Автор и литературный герой в одном лице, Юнгер проживает страшный двадцатый век в «мобилизации» и «труде», как убежденный и успокоенный безграничной болью пророк рождающегося Титана, грядущего создателя Богов.

В 1995 году Юнгеру исполнилось 100 лет. Но время не властно над его кристальным рассудком и ослепительным талантом. Недавно, в письме издателю бельгийского журнала «Антей» Кристоферу Герарду Юнгер написал: "XXI век будет веком Титанов, а XXII — веком Богов".

В этих словах — краткое резюме творчества величайшего современного писателя, «труженика» и героя Эрнста Юнгера.

Cтатья написана в 1995 г., впервые опубликована в 1995 г. в газете «Завтра»

ГИ ДЕБОР МЕРТВ. СПЕКТАКЛЬ ПРОДОЛЖАЕТСЯ

30 ноября 1994 года в возрасте 62 лет покончил с собой Ги Дебор. Его имя давно стало мифом. Ситуационистский Интернационал, который он создал (на конференции в Козио д'Аросчиа 27 июля 1957 г.) и возглавлял многие годы, вошел в историю как одно из самых радиальных политических образований истории. Его боялись и им восхищались толпы. Он был одним из авторов и главных вдохновителей неудачных европейских революций 1968. Он умер от безысходности и осознания полного поражения нонконформизма на Западе и тотального триумфа Системы.

1. Разоблачил Чарли Чаплина

В веселую эпоху начала 50-х, когда авангардист Мишель Мурр, переодетый доминиканцем, провозглашает во время пасхальной седьмицы в Нотр-Дам длинную суперрадикальную ницшеанскую проповедь, когда "ателье экспериментального искусства", выставив работы некоего Конго и получив позитивный отзыв авангардных критиков, объявляет, что автором работ была обыкновенная шимпанзе, в нонконформистскую вселенную врывается молодой гений Ги Дебор, радикальный, глубокий и беспощадный. Он поражает всех энергией, мужеством и талантом, а также способностью удивительно много пить. "В своей жизни я только читал и пил, — писал позднее сам Дебор. — Хотя прочел я много, но выпил гораздо больше. Я написал меньше других людей, занятых письмом, но выпил я, точно, больше других людей, занятых питьем."

Первым скандальным подвигом Дебора был страшный выпад против Чарли Чаплина по случаю его приезда в 1952 в Европу. Дебор обозвал этого сопливого комика-гуманиста "мошенником чувств и шантажистом страданий". Воззвание заканчивалось словами: "Go home, Mister Chaplin!" Уже в этом заметна основная линия будущего ситуациониста Дебора — неприязнь к буржуазным суррогатам масс-культуры, особенно тогда, когда они отмечены лживым прогрессизмом и фарисейским гуманизмом. Борьба против правых и разоблачение левых — такова сущность позиции Дебора. Иными словами, радикальное восстание против Системы и ее коварного тоталитаризма, замаскированного под «демократию». Неудивительно, что более умеренные леваки отказываются от Дебора, пугаясь его бескомпромиссности и последовательности. Постепенно и сам Дебор формулирует свою неподражаемую критику "авангарда":

"Одной из характерных черт развитой буржуазии является вначале признание принципа свободы интеллектуального или художественного творчества, на следующем этапе — борьба с этим творчеством, и наконец — использование результатов этого творчества в своих интересах. Буржуазии необходимо поддерживать в небольшой группе людей критическое чувство и дух свободного исследования, но лишь при условии сосредоточения этих усилий в узко ограниченной сфере и старательного удерживания критики от обобщений и перенесения на все общество в целом.<…> Люди, которые выделились в сфере нонконформизма, принимаются Системой в себя по отдельности, но лишь за счет отречения от глобальных обобщений и при согласии на строго ограниченные и фрагментарные области для творчества. Именно поэтому термин «авангард», столь удобный для буржуазных манипуляций, сам по себе подозрителен и смехотворен".

2. Восстание против "Общества Спектакля"