Читаем Такара полностью

Остальные ребята еще спали, последовав примеру командира после банно-лечебных процедур. Тиму пришлось принудительно будить и поднимать всех на ноги одного за другим. Первым очнулся Климов. Пока он продирал глаза, Тим завершил свое черное дело — растолкал народ. Только все оделись-обулись, как в дверь постучали, на пороге возник все тот же паренек. Следом за ним в помещение проник вполне довольный жизнью Михаил.

— Старшина приказывает выходить на обед, я вас провожу.

— Хорошо, только сначала надо умыться всем. — Ответил Гай.

Группа нестройной толпой двинулась следом за пареньком. Тим с Мишкой шли последними.

— Миш, я тебе не говорил, что этот мир называется Такарой?

Дорохин отрицательно покачал головой — точнее великолепным пособием по десмургии — и сморщился от боли.

— Ну, вот теперь говорю.

— А откуда такая информация? — Критично поинтересовался Мишка.

— От одного деда странно-молчаливого, но вот про Такару он сказал.

— Что еще за дед? Ладно, понял, а что, не плохо, Такара. — Покатал Дорохин новое слово на языке. — Да, нормальное название, опа, мы ж теперь такарцы, а не земляне, так получается? Хе-хе.

— Боюсь, что такарцами нам еще только предстоит стать. — Задумчиво пробормотал Гаев и оказался прав.

С умыванием закончили быстро, время поджимало. Оказавшись в просторной столовой, уселись за указанный им стол. Двое дежурных приволокли сначала бидон с компотом, потом кастрюлю рыбного супа, не ухи, а именно супа.

А следом еще две кастрюли с настоящим вторым, неким подобием гуляша из жесткого, но вкусного мяса и довольно пресной, крупно нарезанной картошки. Все это горячее великолепие было как следует приправлено зеленым луком и еще какими-то травами. Но никаких других приправ в еде не ощущалось — соли чуть-чуть, на грани поварских приличий, а перец и лавровый лист отсутствовали вообще.

На столе не хватало только хлеба. Также на столах не было и соли с перцем, ребята решили, что в этих краях специи и соль — дефицит также как и мука.

— Не торопитесь с выводами, все совершенно не очевидно, а вот то, что нас кормят, просто шикарно, факт. — Тормознул общие размышления Дорохин.

Помимо них в столовой оказались и другие люди. В дальнем конце зала Мишка увидел егерей во главе с Бером, Полозу он даже кивнул, мол, приятного аппетита. Ближе к ним расположились подростки, всего человек двадцать-двадцать пять с ними вместе было и несколько взрослых, возможно наставников. За соседним столом сидели человек десять взрослых, по виду таких же попаданцев, как и сам Мишка.

«Вот только они явно не один отряд, так с бору по сосенке и каждый сам по себе» отметил для себя Дорохин, потягивая компот.

Когда рассаживались, Гаев прошел к столу, за которым расположились егеря, и что-то коротко сообщил старшине. Получив еще более краткий ответ, Тим вернулся за их стол.

— Чего ходил? — На правах старого друга задал вопрос Михаил.

— Бер на два часа назначал, а сейчас как раз два. Вот я ему и доложил, что вещи целы, повреждений нет, у людей сильно стерты ноги.

— А Бер чего ответил?

— Ничего, сказал, «хорошо» и все.

— И что дальше, как думаешь? — с показным равнодушием спросил Миха.

— Думаю, нас еще не раз будут подставлять, мы же мясо. Ценности в нас ноль. Не инженеры и не врачи, даже не крутые вояки, разве что Климов, как оружейник… Нет, и то вряд ли.

— А почему?

— Думаете, у них своих оружейников мало? Черта с два.

Тим достал фляжку и разлил всем по стаканам маленькие порции водки.

— Ладно, давайте помянем всех погибших, Машу, Севу, Виктора, и тех двоих тоже, что теперь… — Выпили, как и полагается не чокаясь.

Егеря ели молча и быстро, гражданские практически не общались. Даже стук ложек по металлическим и глиняным мискам звучал негромко. Атмосфера к поминкам располагала…

— А из нашей компании я одна осталась. — Вдруг начала Софья. — Поехали на пикник. Я не хотела, как чувствовала, но Маша позвала. Мы вроде как дружили… Буря нас по лесу раскидала. Из всех ребят только мы вчетвером собрались. А потом встретили этих… сволочей… Маша сразу обрадовались, еще бы два крепких мужика с оружием, чего теперь опасаться? Вот они и показали ей, какие они мужики. А пацанчиков наших они просто избили, а потом….

— Кто ж знал! Мы б тогда не церемонились у реки с этими двумя! — Закипел Мишка.

— А меня не тронули. — Жестко и холодно сказала Софья, поясняя самым трудным, почему никто так и не обмолвился о грязной истории: ни она сама, ни один из «защитников». — Виктор, Машина школьная любовь, сбежать хотел. Их и били — то одно название, больше пугали оружием… Я зарок дала — порезать их ночью, а вот как жизнь сложилась и… — Не договорив фразу, она замолчала, но картина произошедшего стала ясна.

За столом воцарилась тишина. О еде все забыли, сидели, молча уткнувшись взглядами в свои тарелки.

— Полегчало? — С ноткой издевки в голосе спросил Мишка: мол, ну и молчала бы дальше, а так вытащила на поминальный стол ворох чужого грязного белья.

— А ты как думаешь? — Парировала девушка без тени смущения. Мишкины интонации она интерпретировала правильно.