Антон Перунов

Такара

Глава 1

Вступительная (вместо пролога)

Омск в июне по настоящему красив. Молодая, сияющая зелень молодых березовых и кленовых листьев, море одуванчиков на газонах, отцветающие яблони и сирень. Как венец всему великолепию, широкий, могучий после весеннего половодья Иртыш, катящий свои зеленоватые, в цвете отражающихся в них деревьев, волны. Все эти красоты и запахи привели Тима, который едва ли не впервые в этом году просто гулял по любимому городу, в легкомысленно-приподнятое состояние духа.

Первый день отпуска. Уточняем, последний день работы, уже с обеда — свобода. Отпускные, бонусы, зарплата за май получены, дела переданы. Впереди две недели, открытые всем ветрам. Аромат дальних странствий наполнял легкие Тимофея Гаева, заставляя по-особому вглядываться в окружающий пейзаж и лица прохожих. В основном, конечно, девичьи, кто знает, может, мелькнет и его Несбывшееся в череде вечно спешащих куда-то людей.

А ему торопиться некуда, единственный друг — Мишка, киснет на работе. Родители уехали погостить в Питер к старшей сестре Тима, Ирине. Так что полное одиночество и свобода. Гай свернул на набережную и увидел целый караван белопарусных яхт, величественно плывущих по реке. «Красота, может, и мне яхту купить? Жаль, у нас не море, на Иртыше особо не разгуляешься… Или в Африку рвануть? По следам Николая Степановича? Поохотиться на львов и леопардов…». И вольное течение мыслей Тимофея, совершив поворот, плавно перетекло в новое русло — тему охоты, оружия и стрельбы.

«Не съездить ли пострелять?» — Тим остановился и прищелкнул пальцами в предвкушении.

Сказано-сделано. Добравшись до дома, Тим вытащил из сейфа недавно доставшееся по наследству ружье — ИЖак-вертикалку и сунул его в чехол. Личное авто за сорок минут домчало его до «Охотничьей заимки» — единственного легального охотничьего стрельбища в пределах Омска.

На глиняные тарелки «охотились» несколько стрелков. Тим припарковал свою старенькую «восьмерку» рядом с чьим-то «Лэнд-Крузером», который буквально на последнем повороте резво обогнал Гаева и уже успел занять место на стоянке. Не торопясь, Тим выбрался из машины, потянул чехол с оружием и только собрался захлопнуть дверцу, как его окликнули.

— Тимофей?! Тимоха, ты? — Повторил, широко улыбаясь, здоровый, шикарно одетый мужик, опирающийся на борт того самого огромного, белоснежного «Круизера».

— Яшка? Козлевич?! — Признал он своего бывшего одноклассника Якова Козловского, за любовь к машинам и сходство фамилии, прозванного в честь персонажа бессмертного романа.

— Нет, тень отца Гамлета, блин! Я, само собой. Здорово, старый чертяка. — Яков крепко стиснул ладонь Тима в своей лапе. — Какими судьбами?

— Здравствуй, рад тебя видеть. Выглядишь отлично. Я смотрю, времени даром не терял. — Кивнул Тим в сторону машины Якова.

— Верно, есть маленько. Дел много, но сегодня решил забить на все и съездить пострелять, отвести душу. Выхожу из машины и вижу, елки-палки, Гаев собственной персоной! — Он радостно хлопнул Тима по плечу.

— А я думаю, что за черт меня так лихо объехал на повороте, кто бы мог подумать — старый кореш, Яшка Козловский. Сколько же мы не виделись? Получается восемь лет, с самого выпускного.

— Точно. Предлагаю где-нибудь сесть, поговорить нормально. Все равно я тебя так просто не отпущу. — Решительно заявил Козловский, взяв инициативу в свои руки.

— Не вопрос, я «за». Посидим — пообщаемся. Здесь кафешка есть, на втором этаже. — Быстро сориентировался Тим.

— Тема! Ну, пошли, чего ждем? Время — деньги. — И Яков первым пошел к бревенчатому зданию стрелкового клуба.

Беседа по началу оживленная, постепенно достигла некой точки, когда становится сложно подобрать новую тему для продолжения, а пиво (по необходимости безалкогольное) в кружках еще осталось. Тим успел поведать и о своей работе и о захватившем его в последнее время интересе к стрельбе и охоте. Яков, в свою очередь, рассказал о многочисленных похождениях, службе в армии, где дослужился до старшины, «помкомвзвода был, вот так-то, брат». Намекнул, что побывал и в Чечне, а теперь — преуспевающий бизнесмен, торгует машинами и «в общем, все у меня тип-топ», подытожил сам Козловский свое повествование. Радостный обмен новостями закончился, возникла пауза, которую никто не спешил заполнять.

Синхронно сработавшие коммуникаторы, сообщили о присылке некой почты и предоставили одноклассникам законную возможность на время прекратить разговор. Тим вчитался в строки сообщения: