Читаем Так это было полностью

3 сентября 1990 г. 10 ч. 00 м. По зову совести, а не руководствуясь строкой в инструкции, стал в ряды стихийно возникшего движения за восстановление исторической памяти своего народа Руслан Туликов, заведующий идеологическим отделом Урус-Мартановского райкома партии в Чечено-Ингушетии. Энергия и умение организовывать людей быстро вывели 35-летнего партийного работника в лидеры.

- В детстве я не раз слышал от стариков, что мы топчем ногами память предков, - вспоминает Руслан. - фундаменты строений, опоры мостов, бордюры в нашем селе, как, впрочем, и по всей Чечено-Ингушетии, были сложены из надгробных камней. Кропотливо выточенные из цельных глыб, искусно расписанные арабской вязью, они веками стояли на кладбищах, словно летописи поколений. Но в 1944 году вандалы Сталина в одночасье выгнали с родных мест чеченцев и ингушей. А чтобы и память о них уничтожить, разгромили кладбища. Наша цель - восстановить все надгробия - до единого.

Вначале к Туликову относились настороженно. Но энтузиасты каждый свободный час брали в руки лопаты и кирки, чтобы бережно освободить очередное надгробие. Их уже накопилось около полутора тысяч. Люди начали по полустёртым надписям узнавать надгробия своих отцов и дедов.

Сейчас идут раскопки на территории районной больницы. По рассказам, здесь покоятся останки людей, которых из-за болезней не стали выселять вместе с другими.

- Идёт молва, что их расстреляли, - вступает в разговор прокурор района Руслан Цакаев, поддержавший Туликова, в его начинаниях. - Но пока это следствием не установлено. Факт, что трупы никто не хоронил - их просто сбрасывали в яму, засыпая мусором и землёй. Больных если и не убивали, то и не спасали от голодной и холодной смерти. Стоит ли сегодня тратить силы на это очень сложное дело? Безусловно, стоит. Люди должны знать свою историю в истинном свете, какой бы трагической она ни была. Это надо живым.

- Раскопки мы ведём во внерабочее время, но я не отделяю это от своей основной работы, - убеждённо заключает Туликов. - Ведь без опоры на прошлое нет будущего, а значит, не может быть и никакой идеологии, зовущей к нему.

* * *

31 октября 1990 г. 10 ч. 26 м. Жители небольшого селения Мескер-Юрт в Чечено-Ингушетии - учитель местной школы и депутат сельского Совета Т. Солтамурадов, неработающей И. Ахъядов и плотник Т. Исраилов рискуют в числе первых в стране подпасть под действие принятого недавно закона СССР "Об уголовной ответственности за блокирование транспортных коммуникаций и иные незаконные действия, посягающие на нормальную и безопасную работу транспорта". Под их руководством на окраине этого села уже десятый день идёт несанкционированный митинг. Митингующие, среди которых немало женщин и школьников, выдвинули полтора десятка конкретных требований в основном экологического характера - защитить их от вредных выбросов расположенного неподалёку цементного завода, убрать свинарник, вернуть селу отнятые городом Аргуном земли и другие. Руководство Чечено-Ингушетии и Шалинского района признают многие вопросы обоснованными. Для их решения создана специальная комиссия, куда включены и представители села. Но митингующие, видимо, закусили, что называется, удила. Из-за организованного ими блокирования подъездных путей немалые убытки понёс цементный завод. Настораживают попытки разного рода эмиссаров придать митингу политическую окраску. В этих условиях местные власти и правоохранительные органы автономной республики решили действовать в соответствии с законом.

Против организаторов митинга возбуждено уголовное дело.

* * *

23 ноября 1990 г. 10 ч. 38 м. Образ волка, этого наиболее почитаемого горцами за дерзость и отвагу зверя, стал эмблемой открывшегося сегодня в Грозном общенационального съезда чеченского народа.

В работе съезда участвуют около тысячи делегатов, избранных на собраниях и сходах граждан в селениях и городах автономной республики, представители чеченской диаспоры за рубежом, а также гости из многих регионов страны. В течение трёх дней им предстоит обсудить сегодняшнюю общественно-политическую ситуацию в Чечено-Ингушетии, проблемы социально-экономического и духовного развития горного края, богатое историческое прошлое, нелёгкое настоящее и возможное будущее миллионного чеченского народа. В числе важнейших пунктов повестки дня поставлен вопрос о государственном суверенитете Чеченской республики.

Общенациональные съезды испокон веков считались у чеченцев эффективной формой народного самоуправления. По скрупулёзно отработанным законам они созывались и действовали, когда предстояло принимать судьбоносные для горцев решения. Так, в 1840 году именно на народном съезде Шамиль был провозглашён имамом Чечни и решено было развернуть на Кавказе национально-освободительную борьбу. В 1918 году также на съезде чеченцы избрали свой национальный совет, а пять лет спустя провозгласили Чеченскую автономную область.

Перейти на страницу:

Похожие книги

Venice: Pure City
Venice: Pure City

With Venice: Pure City, Peter Ackroyd is at his most magical and magisterial, presenting a glittering, evocative, fascinating, story-filled portrait of the ultimate city. "Ackroyd provides a history of and meditation on the actual and imaginary Venice in a volume as opulent and paradoxical as the city itself. . . . How Ackroyd deftly catalogues the overabundance of the city's real and literary tropes and touchstones is itself a kind of tribute to La Serenissima, as Venice is called, and his seductive voice is elegant and elegiac. The resulting book is, like Venice, something rich, labyrinthine and unique that makes itself and its subject both new and necessary." —Publishers WeeklyThe Venetians' language and way of thinking set them aside from the rest of Italy. They are an island people, linked to the sea and to the tides rather than the land. This lat¬est work from the incomparable Peter Ackroyd, like a magic gondola, transports its readers to that sensual and surprising city. His account embraces facts and romance, conjuring up the atmosphere of the canals, bridges, and sunlit squares, the churches and the markets, the festivals and the flowers. He leads us through the history of the city, from the first refugees arriving in the mists of the lagoon in the fourth century to the rise of a great mercantile state and its trading empire, the wars against Napoleon, and the tourist invasions of today. Everything is here: the merchants on the Rialto and the Jews in the ghetto; the glassblowers of Murano; the carnival masks and the sad colonies of lepers; the artists—Bellini, Titian, Tintoretto, Tiepolo. And the ever-present undertone of Venice's shadowy corners and dead ends, of prisons and punishment, wars and sieges, scandals and seductions. Ackroyd's Venice: Pure City is a study of Venice much in the vein of his lauded London: The Biography. Like London, Venice is a fluid, writerly exploration organized around a number of themes. History and context are provided in each chapter, but Ackroyd's portrait of Venice is a particularly novelistic one, both beautiful and rapturous. We could have no better guide—reading Venice: Pure City is, in itself, a glorious journey to the ultimate city.

Питер Акройд

Документальная литература